Черный гайдук

– Значит, ты не ведаешь, кто писал его?

– Нет, господин Вашар.

– Что было потом?

– Я отправил своих воинов, и в тот же день молодая женщина была уже в замке. Ее никто не обижал. Клянусь Аллахом!

– Что с ней случилось дальше?

– Я решил отправить ее на какое-то время в Дубравицу и оставить под присмотром Хадияр-бея, но потом мне сообщили, что на караван напали разбойники и отбили госпожу Йо. Больше о ней я ничего не слышал.

– У-у, вражина! Убил бы тебя, да нужен ты одному человеку. У госпожи Йо было ожерелье из жемчуга.

Оно осталось при ней?

– Нет. Она пыталась расплатиться ожерельем со слугой, чтобы он сообщил графу Ласло, где ее держат. Ожерелье я забрал себе.

– Где оно теперь?

– Все в том же ларце.

– Неужели! – обрадовался Вашар, – хорошо Хаджи-бей, как и обещал, я дарю тебе жизнь. А теперь, вот тебе бумага, чернила – пиши приказ. – Хаджи-бей в недоумении взглянул на Вашара. – Приказ об отправке обоза, ты понял меня?! – настаивал Андор

Бею развязали руки и он, согласившись, написал на бумаге все, что продиктовал Вашар и в том числе обращение к начальнику охраны, сопровождающего груз.

Берток подошел к Вашару и предложил:

– Его нужно убрать. Понимаешь Андор, если турки хватятся бея, то обоз не тронется с места.

– Это мне решать, а не тебе, – одернул Вашар гайдука, – а что касается обоза, то в бумаге ясно сказано: «Подателю сего, дозволяется сопровождать груз до Стамбула». А это значит, что наш человек будет в обозе с пленными, тем более он уже примелькался среди турок.

– А что скажут в гарнизоне об отсутствии Хаджи-бея?

– Бей – комендант и ему не пристало докладывать своим подчиненным, когда и насколько он покидает крепость.

– А если турки хватятся охранников, которых мы убили?

– Мы спрячем трупы в подземелье, а в письме укажем, что Хаджи-бей взял их с собой.

Берток приложил руку к груди и слегка поклонился.

– Мудрое решение, Андор.

Хаджи-бею снова заткнули рот и связали руки. Двоих гайдуков поставили на страже у входа в подземелье, а одного оставили охранять бея.

Вашар, Берток и гайдук Габор, по веревке спустились на дно колодца. Внизу стоял невыносимый запах от бадьи, служившей нужником. Разбросанная солома источала не лучший душок, на которой трое суток пролежал умерший человек. Сгребли солому в одно место и при свете факелов начали осмотр. Швы между плитами и камнями были прочно замазаны раствором. Не было ни единой приметы, что в яме находится потайная дверь.