Государыня

– Да мы двести лет не спешили, и ты это знаешь, – горячился Яков. – Разве это не наша отчина?!

– Была ваша, а ныне наша, – упорствовал Ян Заберезинский, и не без корысти: в Литве на землях Древней Руси были и его уделы.

Озлился Яков на троцкого воеводу и отписал государю всея Руси так, как сгоряча выпалил Ян Заберезинский. Иван Васильевич счел себя оскорбленным воеводой и запретил Захарьичу вести с ним какие-либо переговоры, сетовал на потерянное время. При этом он написал Якову, как всегда, просто и мудро: «Я найду себе совместников против Казимировых детей».

Эти «совместники» нашлись совсем неожиданно и помимо воли великого князя. В разгар зимы в Москве появилось посольство князя Конрада Мазовецкого из именитого королевского рода Пястов. Князь Конрад искал себе невесту не сам. Ее нашли рыцари Ливонского ордена, побывавшие в гостях у Ивана Васильевича. Они опасались породнения Московии и Литвы и потому решили помешать мирным переговорам между государем Руси и великим литовским князем. Посольство мазовецкого князя не было тайным.

Его послы мчали в Москву через Литву торжественным кортежем. Правда, при первой встрече с Иваном Васильевичем глава посольства пан Гусинский поначалу завел речь о дружбе, о борьбе против «общих недругов». Кто эти «общие недруги», он не пояснил, но сказал определенно о призыве своего князя:

– Князь Конрад зовет вас, великий князь всея Руси, вступить в тройственный союз с Ливонским орденом и княжеством Мазовецким.

Иван Васильевич все-таки попытался прояснить, против кого Конрад ищет «совместников».

– И в какие земли, ежели что, нам идти скопом? – спросил с лукавинкой в серых глазах Иван Васильевич.

– Я лишь могу напомнить, что вашему мирному обиходу мешают дети Казимировы.

Пан Гусинский был осторожен в выражениях и не сказал напрямую о планах князя Мазовецкого.

Встреча пана Гусинского и Ивана Васильевича была недолгой. Они поговорили об ордынцах. Гусинскому важно было знать, каково положение в Большой Орде: ведь она была союзницей Казимировых детей.

Великий князь порадовал посла:

– Там склока. Грызутся, как волки.

На том в первый раз и расстались. А через день пан Гусинский вновь напросился на прием и встретился с великим князем все в той же Средней гриднице.

– Разве мы не обо всем поговорили в прошлый раз? – спросил посла Иван Васильевич. Он сидел на троне, был благодушен и величествен. – Что ж, открывайся, пан Гусинский.

– Простите, государь всея Руси, – подобострастно произнес посол.