Государыня

– Матушка Богородица простит нас, заступница наша, – ответила Елена, улыбаясь.

Поднявшись на косогор, Илья распорядился:

– Влас, лови монахов. Двое из них где-то на берегу реки, а остальные прячутся тут по кустам.

– Исполним, княже, – отозвался Влас и крикнул ратникам: – А ну, отловить их, как лис!

– Ипатий, – позвал Илья служку, – найди Вассиана в подземелье. Сам с воинами поведешь его в Кремль, все расскажешь государю.

– Того заслуживает Вассиан, – ответил Ипатий. – Я приведу его.

Он пошел вверх, к лазу в подземелье.

Илья, Елена и Палаша медленно направились лесом к обители. Княжна была все еще возбуждена и благодарила Илью за спасение.

– Господи, сколько страху мы натерпелись! Да я верила, что нас не оставят в беде. И прими, мой ангел-спаситель, благодарность, – вновь с понятным Илье смущением произнесла Елена.

Близ монастырских ворот Елену и Палашу ждала тапкана. Возле нее стоял Владимир Гусев. Он распахнул дверцу.

– Спасенной – рай! Спеши домой, матушка-княжна, порадуй батюшку, да нас избавь от смертной маеты, – сказал он с поклоном.

– Поедем вместе, – позвал Илья. – Тут есть кому их повязать.

– Нет-нет, дело надо довести до конца. Перед государем ответ держать буду. – И Владимир поклонился Елене.

– Все это я передам батюшке, славный боярский сын, – отозвалась Елена и повернулась к Илье: – Садись с нами, любезный князь. Ведь ты наш спаситель, нам бы без тебя…

Ее темно-карие глаза светились нежностью.

– Благодарствую, великая княжна. Мне привычнее в седле, – ответил Илья и спросил Гусева: – Не пойман ли мой Казначей?

– Он ждет тебя за воротами. Да и Клима возьми с собой за возницу. – Гусев крикнул: – Эй, Клим! – Тот вышел из ворот. – Садись за вожжи!

Молодому румянолицему молодцу это пришлось по душе. Он важно поднялся на облучок, с достоинством взял ременные вожжи и застыл в ожидании приказа. Появился верховой Илья, взмахнул рукой, дал команду:

– Пошел с богом!

Клим лихо свистнул, кони с места пошли рысью.

Глава шестая

Игры

Похищение Елены и ее спасение еще долго будоражили душу и сердце Ивана Васильевича. По воле великого князя уже были казнены Асан-Дмитрий и Хамза-ун баши. Монахов Арининской обители угнали в гиблые места за Белоозеро. Ипатия не забыли и наделили землей, дали серебра на избу, на коня, на хозяйство. Владимир Гусев стал окольничим.