60-е. Мир советского человека

]

Интеллигенция воевала с ретроградами за передовое искусство:

Мы лунник в небо запустили,

а оперы в тележном стиле[28 - Евтушенко. Наследники Сталина. С. 106.].

Страна потрясена хрущевскими разоблачениями и страшится повторения сталинизма, и Евтушенко пишет в «Наследниках Сталина»:

И я обращаюсь к правительству нашему с просьбою:

удвоить, утроить у этой плиты караул…[29 - Правда. 1962. 21 октября.]

Ширится и растет борьба с бездельниками и тунеядцами:

Закон у нас хороший есть:

«Кто не работает – не ест!»[30 - Юность.

Молодежь живо интересуется Западом:

Этой девочке ненавистен

мир – освистанный моралист.

Для нее не осталось в нем истин.

Заменяет ей истины – «твист»[31 - Евтушенко Е. Нежность. М., 1962. С. 48.].

Всегда болезненна была для России проблема еврейства и антисемитизма:

Ничто во мне про это не забудет!

«Интернационал» пусть прогремит,

когда навеки похоронен будет

последний на земле антисемит[32 - Литературная газета.

Этому стихотворению Евтушенко обязан своей мировой славой. «Бабий Яр» был моментально переведен на все языки мира. Крупнейшие газеты мира дали сообщение о «Бабьем Яре» на первых страницах – «Нью-Йорк таймс», «Монд», «Таймс»… Западный мир, в котором отношение к евреям стало пробным камнем цивилизации, пришел в восторг. Буквально в один день Евтушенко стал всемирной знаменитостью. Хотя за год до этого поэт объездил множество стран, читал стихи в США, Франции, Англии, Африке, только скромная публикация в «Литературной газете» 19 сентября 1961 года сделала Евтушенко суперзвездой.

Алексей Марков, напечатавший в газете «Литература и жизнь» отповедь «Бабьему Яру»[33 - Литература и жизнь. 1961. 23 сентября.], вынужден был отменить свои поэтические вечера из боязни физической расправы. По рукам ходили стихи – ответ Маркову.

И вот другой садится за чернила,

но по бумаге яд в стихах разлит.

В стихах есть тоже пафос, страстность, сила,

звучат слова «пигмей», «космополит»…[34 - Цитируем по памяти.]

Космополит Евтушенко мог торжествовать – он стал народным трибуном. Именно тогда его стали критиковать, ругать, поносить по-настоящему. И именно тогда на его выступление однажды пришли 14 тысяч человек. Именно тогда он выступал по 250 раз в год.