Судьбы людские

Маменька четыре года назад умерла, мы, невестки и дочери, присматриваем за тятенькой».

– И ты меня, Вера, прости, но любовь иссохла еще тогда, когда узнал горькую новость, насильно любить не заставишь. Ирина к душе припала. С ней, наверное, век буду доживать.

Ирина раскраснелась, обхватила лицо руками и говорила, говорила: «Греха на мне нет. Егорушку, брата твоего, как и обещала, десять лет ждала. Никто плохого слова обо мне не скажет и люди нас с тобой, Федор, не осудят. Не уронили мы своей чести».

Сестра Людмила предложила: «Пойдемте к нам, отметим возвращение.

Дом большой, Григорий мой сейчас у власти – председатель сельского Совета. Горюшкина Никифора повысили. В Перми сейчас, в комиссариате по сельскому хозяйству. Землеустройством занимается». На том и решили.

Посреди улицы компанию встречали: Григорий Степанович Пономарев, Петр и отец, Порфирий. Порфирий подошел первый: «Здравствуй, сынок, рад тебя видеть живым и здоровым при высокой должности. Старые грехи прости, новых пока не нажил.

Надо жить дальше в мире и согласии. Матушку нашу, Матрену Марковну, похоронил. Ждала тебя. Любила она тебя безмерно. Перед смертью днями сидела у окошка, ждала тебя, да не дождалась».

– Отец, горюю я по ней. В германскую и гражданскую часто снилась: из глухомани меня выводила на чистую и светлую поляну и наставляла: «Иди, сынок, тут до дома недалеко, тропинка выведет». Вот и привела меня тропинка к родному дому. Григорий Степанович, браться, сестры, давайте навесим могилку мамы, а потом и постолуемся.

Ну что, Петр, стоишь в стороне, давай поздороваемся. Думаю, жизнь нас многому научила. Позора более на свою голову не возьмешь.

Селяне за годы междоусобицы измотались. И у белых, и у красных побывали. В каждом доме есть недоразумения, боль, утраты. Не обиды надо помнить, а новую жизнь налаживать. Земля как была наша, так нашей и осталась. Жаль, село опустело. Болезни, войны полсела унесли. Молодежь подрастает. Будем жить». После посещения погоста отправились в дом Григорию Пономареву.

Невестки и сестры побежали по домам. Тащили к столу съестное и выпивку. Народу набилось полный дом. Мест не хватало. Решили разместиться во дворе. Гуляли до вечера, вспоминая родных и близких.

Федор спросил у Петра: «С кем живешь?»

Ответил: «Пока у отца. Свое хозяйство развалилось, сын Коля с нами. Гостит неделями то у одной, то у другой сестры в соседних деревнях».

– Не дело это. Мужик должен знать один дом, иначе хозяина из него не вырастет.