От Алтая до Берлина

Один планшет остался, в котором записки от какого-то лейтенанта Чугаева». Чугаев хватал морозный воздух. Спазм сдавил горло. Резкая боль ударила под левую лопатку. Боль сжимала сердце, не давала дышать. Чугаев машинально расстегивал и застегивал бушлат.

Схватил старшину за плечи и закричал: «Этого не может быть! Господи, да что же это такое!», – заревел навзрыд, как будто потерял самого близкого и родного человека. За полгода боев терял друзей, хоронил бойцов своего взвода. То было как сон, а это явь. Дни и ночи нечеловеческого нервного напряжения вылились в этом крике.

Старшина, где планшет?

В землянке, сейчас принесу.

Чугаев узнал свой планшет, который подарил Оксане при расставании. Боль в сердце усилилась, как будто кто-то прожигал его раскаленным прутом и набивал на голову железный обруч. Бум! Бум! Бум! Чугаев, изнемогая, присел на ящик из-под медикаментов. Под целлофаном планшетки по углам лежали два его треугольника, а посередине раскрытая последняя записка, в которой он писал, что очень и очень хочет видеть ее и желал бы всю жизнь сидеть у камелька с ней рядом, прижавшись друг к другу, как в ту ночь.

– Старшина, давай помянем Оксану.

– Товарищ лейтенант, она мне за дочку была. Часто вспоминала Вас и рассказывала, как Вы ее спасли. Там беда миновала, а тут погибла. Хирург была от Бога.

Выпили. Чугаев почувствовал, что слабеет.

Старшина, плохо мне, отведи в землянку. Позови кого-нибудь из медперсонала. Пусть быстрее сделают хваленый укол пенициллина.

Не волнуйтесь, товарищ старший лейтенант, мы Вас быстро поставим на ноги.

Чугаев после укола провалился в глубокий сон, но боль в сердце осталась на долгие годы…

Отмечая 60-летие Победы, Чугаев с болью вспомнил Оксану и ночь на болоте, когда они, дрожа от холода, спинами прижавшись друг к другу, коротали время.

Много их, молодых девчат, не дожили до победы, не оставили о себе памяти продолжении рода.

Танковая атака

С мая по июль 1943 года крупномасштабных активных боевых действий не велось, за исключением боев местного значения по выравниванию линии фронта. Наступило относительное затишье, обе стороны готовились к сражению за курский выступ. Каждое утро командир батальона прояснял оперативную обстановку. Изучали по карте оборону противника.