Прилог

 – У меня на даче нет-нет да и завоет кто-нибудь или залает, птицы там, сверчки всякие.

– У деда Архипа пес был старый, раньше он встречал, – вступил в беседу извозчик, – может, помер уже.

– М-да, я б на его месте, наверно, тоже помер бы, – в голосе Матфея чувствовалась неприкрытая язвительность. – Ладно, дальше-то что? Здесь есть звонок или вы просто кричите, когда приезжаете?

– Обычно сразу отворяли, – растерялся Кирилл. – Мы ведь всегда в один и тот же день прибываем, к полудню.

– Следственный комитет, откройте! – командный голос блюстителя закона перехватил инициативу.

– Открывайте! – продолжал он. – Мы по вопросу Софии.

– Не думаю, что они слышат, – попытался вмешаться Кирилл и тут же зацепился взглядом за камень в кладке стены, заметно выделявшийся на фоне остальных.

– Батюшка, а что это за дата? Всегда интересно было, – обратился он к священникам, указывая на потертые цифры «1632».

– Год основания монастыря, – ответил архимандрит. – Смутное было время: войны, восстания, церковный раскол. Кстати, до семнадцатого века у бесовских созданий не было плотского воплощения, вы знали? Считалось, что они не могут жить в нашем мире и способны лишь туманить разум и терзать душу во снах. Но все позабылось, переписалось, и вот уже у Гоголя кузнец оседлал черта, – с последней фразой он привычно перекрестился, тихо добавив: «Прости господи».

– Откройте! Есть кто? – Лейтенант, не обращая внимание на рассказ священника, продолжал раздраженно выкрикивать в направлении внутреннего двора. Отчаявшись, он несколько раз ударил со всей силы кулаком в ворота, но и это не принесло желаемых результатов. Лишь глухой гул эхом разнесся по округе.

– Ладно, я понял, – тут же прервался Иаков, – история молодежи не интересна.

– Отец, интересно, но чуть позже. Надо разобраться, как попасть внутрь, – вполоборота пробурчал лейтенант, пытаясь прикинуть варианты дальнейших действий.

– Может, у жителей спросить? – предложил идею второй извозчик, Дмитрий.

– Здесь мало их осталось, – подключился Кирилл, – но попробовать можно. Вон там, одаль, дом Архипа, ремесленника. Он там с сыновьями живет. Порой еще бабку Авдотью внуки привозят, но я ее уже года два не видал.