Прилог

В попытке найти к ней подход я попросила Сулай стать ее проводником. И она откликнулась. Девочки сдружились и стали не разлей вода. Мне искренне казалось, что их дружба лишь укрепляет веру.

– Казалось? – лейтенант старательно расставлял акценты в повествовании монахини.

– Да, истинная вера не имеет ничего общего с произошедшим.

– И чья же в этом вина? – Денис всячески старался правильно подбирать слова, чтобы узнать чуть больше и при этом не раскрыть свои карты. Похоже, Афанасия действительно поверила в его блеф и считала, что следователю уже что-то известно.

– Моя, – виновато согласилась монахиня. – Я размякла. Перестала совершать вечерние обходы, проверять кельи и врата. Стала делать поблажки в следовании порядкам. Старалась быть для них, прежде всего, сестрой и уже потом благочинной. И поплатилась за это. Если бы я только знала, что они делали по ночам… – с последней фразой в ее глазах словно проскочила искра сомнения.

– Вы ведь не знаете? – похоже, она, наконец, раскусила блеф лейтенанта.

– Не знаю чего? – отступать явно было уже поздно.

– Что Сулай уехала, – Афанасия мгновенно изменилась в лице. – Возможно, поэтому София и убежала. Они уж больно сильно привязались друг к другу.

– Уехала? Куда? – Денис явно удивился новым вводным.

– Не знаю, – продолжала сестра, – видимо, передумала становиться монахиней и отказалась от пострига.

– Но как это возможно? – на этот раз Иаков решил вмешаться в рассказ. – Извозчик прибывает лишь раз в месяц. Как она могла покинуть обитель?

– Ее Тихомир вызвался отвезти, – казалось, у Афанасии были ответы на все вопросы. – Архипов младший сын.

– И давно это произошло? – похоже, Денис все еще пребывал в некотором шоке, продолжая задавать вопросы скорее на автомате, в то время как мысленно пытался сложить все в единую картину.

– Примерно тогда же, когда и София пропала. Последний раз я видела их обеих на вечерней субботней службе.

С последней фразой в комнате повисла гробовая тишина. Явно не такой развязки ожидал следователь, но кажется, монахини решили спрятать концы в воду. Но как их уличить в этом? Идей пока что не было.

– Я могу идти? – Афанасия решила воспользоваться воцарившимся замешательством.