И. П. Павлов – первый нобелевский лауреат России. Том 2. Павлов без ретуши

И они мне сообщили, что Сара Васильевна безумно влюблена в их учителя словесности!

Мы все приуныли. Тогда Егорка Вагнер сказал:

– Разве вы не понимаете, что тут было лишь стремление к идеалу? Это стремление заставляло ее строго разбирать людей и требовать от них высоких качеств ума и сердца.

Мы признали его правоту, и это нас всех успокоило.

Уехать мне не удалось до конца июня. Мы оба находили всевозможные предлоги отдалить день разлуки. Наконец, финансы заставили меня ехать немедленно домой. Иван Петрович обещал в самом непродолжительном времени устроить свой отпуск и приехать к нам на юг, чтобы познакомиться там с моими родными.

Иван Петрович на моей родине

Он приехал, действительно, очень скоро и прожил у нас до конца августа, так как 1 сентября должен был быть на службе.

Родным моим он всем понравился. Но велико было разочарование нашей кухарки! Она мне заявила:

– Таких-то докторов и у нас целая куча. Я думала, Вы там подхватите графа или князя.

А нянюшка печально покачала головой:

– Что делать, барышня! Любовь зла – полюбишь и козла.

Обе они меня как-то любили и высоко ценили.

Некоторое время мы прожили в Ростове у сестры Раи.

Вениамин Васильевич Оримнов – учитель словесности. На обороте фотографии надпись: «Зима 76–77 года. Сарре Васильевне от Оримнова Вени в память чего?»

На одной из прогулок в городском саду я познакомила Ивана Петровича со своим любимым учителем Вениамином Васильевичем. К моему большому удивлению и огорчению они не понравились друг другу.

– Этот человек может говорить интересно только за стаканом вина.

Таисия Васильевна Карчевская (Ася) – сестра Серафимы Васильевны

А Вениамин Васильевич сказал мне:

– Я ожидал от Вас более блестящего выбора.

Знакомство их не продолжалось, несмотря на то что я очень старалась об их сближении.

С тех пор прекратилась моя переписка с любимым учителем.

Из Ростова мы всей компанией поехали пароходом в Мариуполь, где жила в то время моя третья сестра Ася.

Матушку и сестру Раю всегда укачивало на море. Они на пароходе немедленно легли. Две маленьких племянницы 4 и 5 лет остались на моем попечении. Их тоже укачивало и тошнило, но тем не менее они кричали:

– Саичка, мы хотим кушать, мы голодные!

После еды снова повторялась та же история.

Когда, наконец, я выбрала минутку и выбежала на палубу, то там нашла Ивана Петровича тоже в плачевном состоянии.