И. П. Павлов – первый нобелевский лауреат России. Том 2. Павлов без ретуши

Одна старая знакомая его еще по Рязани, узнав, что мы сразу получили из Института экспериментальной медицины (не помню уже за какое только время) 720 рублей, попросила меня одолжить ей эти деньги. Когда я ей отказала, прибавив, что мне они нужны, чтобы прилично одеть мужа, она мне ответила:

– Вы долго ждали, можете и еще подождать!

Посмеялись мы с Иваном Петровичем, тем дело и кончилось.

На другой день вечером, когда он явился со службы, я принесла ему счет тех вещей, которые нам необходимо было сделать.

– Нет, ты уж сама будешь распоряжаться деньгами, как и раньше. Сегодня утром приходил муж твоей приятельницы и взял у меня 700 рублей.

Так эти деньги и не были никогда возвращены.

К счастью, у нас обоих были покладистые характеры: мы скоро забывали о подобных приключениях.

В большой нашей квартире было очень свободно, так как мебели у нас почти не было, кроме трех солидных книжных шкафов, купленных благодаря дружескому участию Е.

Увидя как-то, что Иван Петрович получил деньги, она взяла эти деньги у него, заехала за мной, мы поехали и купили самые необходимые вещи

. Купили 3 шкафа для книг, а то книги были сложены у нас прямо на полу, купили две хороших кровати Сан-Галли, платяной шкаф, вешалки, зеркало и стулья для передней. На дальнейшую покупку не хватило, потому, что надо было оставить деньги на жизнь.

Вот вскоре после этого приехал наш друг профессор Добровольский.

– Это мне напоминает франта в цилиндре, но без штанов.

Иван Петрович огорчился, так как шкафы ему очень нравились.

Вскоре заехал другой наш приятель, профессор М. В. Яновский. Он тоже прошелся по квартире и удивился:

– Я думал, что вы уже устроились, а у вас совершенная пустота!

– Как! – воскликнула я, – у нас было только двое детей, а теперь уже четверо! Как видите, жильцов, да притом таких беспокойных, весьма достаточно!

Посмеялись мы с ним.

Действительно, к этому времени в семье нашей прибавилось еще двое детей

.

Тут-то и пошли всякие детские напасти. И всегда неизменно выручал меня из переживаемых тревог и помогал оставлять Ивана Петровича в полном покое, наш редкий друг – милый доктор Николай Константинович[15 - Имеется в виду доктор Вяжлинский (прим. сост.).].