Россия на Западе: странные сближения

Читать о регионе не хотелось, слушать экскурсии тем более: нужно было что-то быстрое и приемлемое для мамы. И разумеется, я пошел на могилу Иммануила Канта – а куда, казалось бы, еще тут идти? В центре, удобно, брендово. К тому же не в каждом городе автор категорического императива[1 - Категорический императив – понятие философии Канта, обозначающее высший нравственный закон.], который ты сдавал на университетском экзамене, лежит вот так, в общем доступе, можно сказать, автографы раздает. Подходи, вызывай дух и мучай вопросами о мироустройстве.

Чтобы не скучать, я начал написывать в мессенджере своему другу Егору Яковлеву, надеясь получить от него короткие и емкие комментарии относительно биографии философского светила.

Когда-то давным-давно по субботам в полупустом зале питерской Капеллы на утренних концертах классической музыки сидели два мальчика. Одним из них был я, а другим – Егор. И меня, и его родители с изрядной настойчивостью приучали к прослушиванию Чайковского и Шопена. Правда, познакомились мы значительно позже, но ленинградская закваска быстро нас подружила.

Егор стал известным историком и, что немаловажно, блогером (говорю без тени сарказма, ведь умение доносить свои знания до публики – навык чрезвычайно ценный). Его «Цифровая история» – лучший в России проект исторического просвещения, и теперь по каждому туманному историческому вопросу я адресуюсь к нему. Он или сам интересное расскажет, или что-то умное почитать посоветует.

Немудрено, что, направляясь к Кафедральному собору, где покоится кенигсбергский гений, я вступил с Егором в оживленную переписку.

Среди прочего поделился таким умозаключением:

– Знал бы Кант, что местом его вечного покоя станет другая страна, в которой философ и не бывал-то никогда. А тут вдруг раз – и он слушает «Маяк» прямо в собственной могиле.

– Ну, вообще-то, бывал. Он же присягал русской императрице. И даже писал нашей Елизавете Петровне прошение о занятии кафедры в Кенигсбергском университете.

– ???

– Восточная Пруссия четыре года была под русским управлением, фактически нашей провинцией.

– Да?!

Позорно, конечно, считать себя образованным человеком и так откровенно провалиться. Начал думать, как выпутаться. На что свалить: на амнезию или на плохое воспитание, сопряженное с детской травмой? Пока думал, услышал следующее, зовущее в архив:

– Это еще что: в то же самое время в Кенигсберг приезжал молодой Суворов. Его папа был губернатором занятых земель.