Годунов. Кровавый путь к трону

Грозный пришел в ярость от вида снохи и без какой-либо жалости к беременной в безумной ярости отколотил ее посохом.

Возможно, главной причиной, а не поводом для расправы с несчастной «раздетой» женщиной было то, что Грозный не желал иметь внука, будущего наследника престола, от Елены Шереметевой – «изменнический род» Шереметевых был противен. Царевич же выбрал себе третью жену самостоятельно, не спрашивая отца, после того как Грозный заточил в монастырь первых двух жен его, Евдокию Сабурову и Петрову-Соловую, которых сам когда-то выбирал для сына… У избиваемой свекром Елены, от страха ли, от побоев ли, случился выкидыш – она не доносила мальчика…

Вышедший на шум и крик Елены царевич Иван вступился за избиваемую беременную жену, попытался схватить отца за руки, остановить его – но куда там… В порыве гнева отец прибил и сына, тяжело ранил его посохом в голову у виска… От полученной раны царевич и умер… Так описал сцену избиения снохи и убийства сына-царевича Грозным иезуит Пассевино со слов итальянца-толмача, слышавшего какие-то пересуды и домыслы непосредственно в Александровской слободе… Только насколько они были верны?… Рассказ иезуита Пассевино, легший в основу версий об убийстве Грозным сына Ивана, был подхвачен рядом зарубежных (англичанин Джером Горсей, поляк Гейденштейн, итальянец Гальявини, голландец Масса) и отечественных современников, включивших в сцену избиения царевича боярина Годунова, который пытался вмешаться, но сам был якобы изранен посохом царя… Заслуживает внимания факт, что после гибели царевича Грозный вскоре отдалил от себя Бориса Годунова, чего нельзя сказать о его старом любимце Богдане Бельском… Но потом все же простил Годунова и даже высказал восхищение его поступком «защиты друга и брата».

Псковский летописец на основании тех же слухов, что питали его современника Пассевино, отбросив многие душераздирающие подробности гибели царевича, написал лапидарно и по существу: «Говорят, что сына своего, царевича Ивана, за то царь поколол жезлом, что тот стал говорить ему об обязанности выручать Псков (от Батория)».

По свидетельству же иезуита Пассевино, описавшего реальную смерть сына и предвосхитившего за два года скорую смерть отца, психическое и телесное состояние царя было ужасным.