Хроники разведки: Мир между двумя войнами. 1920-1941 годы

В том же году привлечённые им к сотрудничеству с советской разведкой в Палестине Ананьев, Волков, Рачковский, Захаров и Турыжников были выведены в Советский Союз, по решению компетентных органов получили советское гражданство, были приняты на службу в органы государственной безопасности и приступили к активной работе в Особой группе.

Вот таким особо секретным подразделением органов государственной безопасности нашей страны Яков Серебрянский стал руководить с 1 апреля 1929 года. С этого же времени Особая группа в чекистских кругах стала неофициально именоваться «группой Яши».

Уже находясь в Москве и возглавив Особую группу, Серебрянский продолжал привлекать в неё наиболее талантливых сотрудников, проявивших себя на нелегальной работе в рамках спецслужб Коминтерна или ИНО ОГПУ. Тогда же он привлёк к сотрудничеству Вильяма Генриховича Фишера, более известного как Рудольф Иванович Абель, Александра Михайловича Орлова (он же – Лев Лазаревич Никольский, он же – Лейба Лазаревич Фельдбин), выдающегося советского разведчика-нелегала Арнольда Генриховича Дейча, известного также как Стефан Григорьевич Ланг, видного советского разведчика Константина Кукина, руководившего спецмероприятиями против японской разведки в Забайкалье.

Обратим внимание читателя ещё на ряд причин, вынудивших Менжинского активизировать создание Особой группы в ОГПУ.

По мнению историков отечественных спецслужб И. Линдера и С. Чуркина, «ускоренное и в высшей степени секретное формирование Особой группы было напрямую связано с англо-советским конфликтом 1927 года».

Так, в 1926–1927 годах произошло несколько провокаций против советских учреждений за границей. Эти провокации, сопровождавшиеся захватом полицией секретных документов, были организованы местными спецслужбами в Лондоне, Пекине и Праге.

6 апреля 1927 года произошёл налёт полиции и солдат Чжан Цзолиня, генералиссимуса сухопутных и морских сил Китайской Республики и фактического президента страны, на полпредство СССР в Пекине. Вторжение на территорию дипломатического квартала, где располагалось полпредство СССР, могло произойти только с разрешения посла Великобритании, являвшегося главой дипломатического корпуса в Китае.