Сладких снов

Миллиметр за миллиметром разглядывает он безголового мужчину. Потом раздетую девочку. Спартанскую обстановку комнаты.

Но при таком увеличении контуры расплываются настолько, что порой невозможно понять, где заканчивается один объект и начинается другой.

Сверху вниз, слева направо.

С болью в коленях и ноющими бедрами, склоняясь до предела раздраженным телом над разложенными на полу листками.

И в результате – ничего.

Наконец Гренс сдается, медленно поднимается с пола.

И в этот момент все меняется – боже мой!

Случайно его взгляд цепляется за участок стены за девочкой и мужчиной.

Эверт Гренс торопится, – то же знакомое чувство в груди. Он достает с полки антикварную лупу с рукояткой, берет с пола листок и переносит его на стол, под абажур настольной лампы, которую опускает как можно ниже.

Похоже, он не ошибся и чуть заметные пятна на стекле – это буквы на спине мужчины, точнее, на верхней части его темной рубашки.

Гренс проводит лупой снизу вверх, приближает ее к бумаге, потом отводит. Пока не становится окончательно ясно – большее увеличение только затрудняет просмотр.

Гренс выбегает в коридор, минует три запертые двери и открывает четвертую. В кабинете Свена Сундквиста в ящике стола хранится маленький пузырек, который пользовался большой популярностью во время печатных машинок, а теперь почти не востребован – канцелярский забеливатель, совсем новый, что странно.

Когда Гренс снова склоняется над листком бумаги со спиной преступника, случайно попавшей в зеркало, у него больше не болят ни колени, ни бедра. Так оно происходит каждый раз, когда Гренс имеет дело с человеком, для которого чужая жизнь менее ценна, чем его собственная. Тело наполняется адреналином, и это похоже на опьянение, поднимающееся откуда-то изнутри.

Вот так…

При разрешении, которое оставляет желать много лучшего, Гренс принимается за работу с контрастами.

Успех, конечно, маловероятен, но опыт показывает, что иногда срабатывает и это. Если изображение недостаточно контрастно, можно попробовать нанести белила на серые участки, – на то, что Гренс поначалу принял за пыль или грязные пятна на зеркале. По-видимому, это все-таки буквы, и их нужно всего лишь сделать отчетливее.

С мелкой моторикой у него всегда было неважно.