Осеннее преступление

Но даже при том, что Алекс откровенно пускает слюни по поводу этой лахудры, сестрицы Джо, незваные гости – во всяком случае пока – изрядно оживляли вечер.

По кругу пошел второй косяк, воодушевление вокруг костра нарастало. Мари – явно под кайфом – во весь голос и довольно фальшиво пела:

– Ooh, baby, baby it’s a wild world[18 - Это безумный мир, малышка (англ.).]…

Симон играл, опустив веки – глаза он открывал, лишь когда Таня совала косяк ему в губы. Лоб у Симона блестел, пальцы летали по струнам. Сегодня вечером с ним что-то творится, подумала Карина.

Алекс, сидевший рядом с Таней, из кожи вон лез, чтобы завладеть ее вниманием, и это было столь же противно, сколь и предсказуемо. Но почти не задевало Карину, к ее собственному удивлению. Сама не зная почему, она стала злиться на то, как Таня переносит косяк от собственного рта к губам Симона, а потом снова к себе. Мягко, медленно, словно передает поцелуй.

Вернулся Бруно, уходивший помочиться. Опустился рядом с Мари, застенчиво протянул бутылку воды. Мари посмотрела на него как на идиота и отпила пива из банки, которую только что дал ей Джо, хотя обычно спиртного не пила.

Карина подумала, что надо бы помочь Бруно с Мари. Заставить ее чуток прийти в себя, пить воду время от времени. Но все-таки ужасно смешно, что такая вся правильная Мари Андерсон сейчас лыка не вяжет.

Песня закончилась, и Симон, похоже, решил сделать перерыв. Он положил голову на камень и закрыл глаза. Таня прильнула к его плечу. Это интимное движение еще больше взбесило Карину, и она почти не обратила внимания, как Джо положил руку ей на спину. Пусть, до поры до времени.

– Ну что, молодежь, – начал Джо преувеличенно взрослым голосом. – Вот вы и в студенческих фуражках. Вся жизнь перед вами. Нет ничего невозможного!

Он затянулся и передал косяк Карине.

– Так о какой же жизни вы мечтаете? Кем станете, когда вырастете? – Он ткнул пальцем в Бруно.

Бруно покосился на Мари, которая, кажется, уже с трудом сидела прямо.

– Собственный ресторан, – сказал Бруно. – Не папин, а мой собственный.

– О-о, повар. Благородная профессия. Люди всегда хотят есть, верно?

Бруно неуверенно кивнул и отвел глаза, словно не мог понять, издевается Джо над ним или нет. А вот Карина сразу поняла. Происходящее забавляло ее.