Письма Ирине. Роман в письмах

Может быть, потому что в этих смешных рожицах нет никакого пафоса, которого мы оба не любим.

Правда, если быть точным и употреблять греческое слово «pafos» в его изначальном смысле – «страсть», то страсти в них, хоть отбавляй. По крайней мере, я чувствую это весьма остро и сожалею, что сам не могу порадовать тебя какой-нибудь смешной рожицей. Впрочем, надо бы поковыряться в моем стареньком телефоне. Вдруг и он полон этой желтой ребятни?

Писал об этом и вспомнил случай, который имел место в самом начале нашего знакомства и уже давно стал в нашей семье, что называется, притчей во языцех.

Однажды, уже не помню при каких обстоятельствах, я назвал тебя красивой, а затем, подумав, добавил, что правильнее было бы сказать – не красивая, а симпатичная. Господи, помилуй! Разве можно говорить нечто подобное юной, впечатлительной и, действительно, красивой девушке! Ведь после такого ляпа, неловко слетевшего с языка, бывает, распадаются не только семьи, но целые государства.

Бывает, что даже горячо любящие люди не всегда могут точно описать и выразить свои чувства, чтобы, не дай Бог, между ними не прошла трещина, которая с годами способна превратиться в пропасть. Особенно, опасны в этом отношении первые дни и недели, когда влюбленные еще только узнают друг друга. Какое счастье, что тебе всегда хватало ума и терпения, чтобы покрыть мои благоглупости любовью! Тем более что, я вовсе не хотел сказать о том, что ты некрасивая.

Солнышко мое! Возможно, степень развития моего эстетического вкуса и не так велика, но, поверь, вполне достаточна для того, чтобы, выбирая спутницу жизни, я помнил о красоте. Назвав тебя симпатичной, я имел в виду нечто другое, а именно то, что подлинная, объективная красота – не от мира сего, а Божья. Так, читая Евангелие, нельзя не поразиться тому, насколько красив Христос, или, вглядываясь в созданный Богом мир, не заметить, что он также объективно красив – восход солнца, осенний лес, лазурное море, плывущие по небу облака и т.

Что же касается человеческих суждений – о красоте или чем-то еще – то они всегда субъективны, поскольку выражают мнение субъекта. Так у некоторых африканских племен принято считать красивой женщину, тело которой испещрено татуировками или специально сделанными шрамами, а в нижнюю губу вставлена деревянная тарелка. Причем, чем эта тарелка больше, тем эта женщина будто бы более красива.