Былинки. Истории из жизни священника

Немцов, Кириенко, Чубайс, Хакамада, – он еще называет несколько имен. – Меньше процента не хватило.

Владыка хмурится так, словно не СПС, а он сам участвовал в выборах. Я давно не видел его таким расстроенным и поэтому не смог удержаться от вопроса, как теперь понимаю, весьма некорректного.

– И Вы за них голосовали?

Митрополит Хрисанф поднимает глаза и вонзается в меня взглядом. Прямо и бесстрашно. Как, должно быть, тореадор перед схваткой смотрит в глаза быку. По всему видно, что для него это нерядовой вопрос.

– Нет, я голосовал за других, – отвечает владыка. – Только в Думе такие люди обязательно должны быть.

– Почему?

– Потому что в ней должны быть те, кто может встать и сказать: «Нет! Я думаю иначе!». А когда все «за» … – владыка машет рукой. – Это мы уже проходили, и сам знаешь, что получилось.

Я понимаю, что владыка говорит о советском прошлом, когда ему довелось многое пережить и претерпеть. Чего нам, молодым, почти не досталось, а кто-то и по сей день им очарован.

– Ну, как там, в приемной, много людей собралось? – спрашивает он. – Кого первым приглашать?

Лицо владыки постепенно светлеет, и я, взяв благословение, выхожу в приемную, обещая себе в следующий раз внимательнее присмотреться к тем людям, о которых сказал владыка и которые, как я теперь понимаю, нужны не только в Думе. Ведь, если их не будет, нам останется только лечь и умереть.

32. Что можно сделать с человеком?

Однажды мы с митрополитом Хрисанфом говорили о политике, и владыка спросил, знаю ли я, что многие православные бабушки голосуют за коммунистов? После чего помолчал и добавил:

– И это после всего, что они сделали с Церковью!

Я признался, что давно обратил на это внимание, но до сих пор не могу понять, почему так, и попросил его это объяснить.

– Помню, как несколько лет назад по телевизору показывали похороны Ким Ир Сена.

Я отрицательно покачал головой.

– А я видел, – продолжил владыка. – Так вот показывают одну старушку. Одетую в лохмотья, маленькую, высохшую, беззубую, еле-еле душа в теле. Идет из какой-то далекой деревни в столицу, пешком и босиком, чтобы поклониться «великому вождю». При нем в Корее миллионы людей умерли от голода, а она идет ему поклониться!

Сказав это, владыка в сердцах откинулся на спинку кресла.