На нашем ресурсе вы можете полностью погрузиться в мир книги «Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой» — читайте её онлайн бесплатно в полной, несокращённой версии. Если предпочитаете слушать — воспользуйтесь аудиоформатом; хотите сохранить — скачайте через торрент в fb2. Жанр произведения — Серьезное чтение, Биографии и мемуары. Также на странице доступно подробное описание, авторская аннотация, краткое содержание и живые отзывы читателей. Мы постоянно пополняем библиотеку и улучшаем сервис, чтобы создавать лучшее пространство для всех ценителей качественной литературы.
Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой

Автор
Дата выхода
18 марта 2022
🔍 Загляните за кулисы "Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой" — аннотация, авторский взгляд и ключевые моменты
Перед погружением в полный текст предлагаем познакомиться с произведением поближе. Здесь собраны авторские заметки, аннотация и краткое содержание "Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой" — всё, что поможет понять глубину замысла и подготовиться к чтению. Материалы представлены в оригинальной авторской редакции (А. Н. Архангельский) и сохраняют аутентичность произведения. Если чего-то не хватает — сообщите нам в комментариях, и мы дополним описание. Читайте мнения других участников сообщества: их отзывы часто раскрывают скрытые смыслы и добавляют новые грани понимания. А после прочтения обязательно вернитесь сюда — ваш отзыв станет ценным вкладом в общее обсуждение книги.
Аннотация Литрес
Серия Александра Архангельского «Счастливая жизнь» – о людях, удивительная жизнь которых разворачивалась на фоне бурного ХХ века. Его герои пережили знаковые события мировой истории и говорят о них от лица очевидцев, передавая свой взгляд на произошедшее, свои чувства и эмоции.
Книга «Русский иероглиф» – биография Инны Ли, рассказанная ей самой, – знакомит читателя с удивительной судьбой неординарной женщины. Ее отцу выпало строить новый коммунистический Китай, а матери – сохранять в себе русскую дворянскую культуру и стать основательницей китайской русистики. Самой Инне пришлось пережить все перипетии китайской истории второй половины ХХ века, чтобы стать одной из известнейших китайских русистов, переводчиков и преподавателей.
История коммунистического Китая далека от современного читателя, для которого эта страна ассоциируется с товарным изобилием, прогрессом в области науки, древними традициями. Книга «Русский иероглиф» показывает совершенно другой, почти неизвестный Китай – аскетичный, революционный, нетерпимый к инакомыслию.
Воспоминания Инны Ли скрупулезны и одновременно образны, в них нашли отражение малейшие детали быта: от формы воротничков до вкуса еды. Воодушевление первых месяцев «культурной революции», страх за близких, тягостное одиночество тюремного заточения, однообразие тяжелой «исправительной» работы в деревне – все эти чувства Инна Ли передает с такой точностью, что читатель буквально оказывается в Китае тех лет.
В своих воспоминаниях Инна Ли ставит вопросы, ответы на которые актуальны и по сей день: какова реакция людей на политические события? Как человек приспосабливается к любым, даже самым невыносимым условиям, и не теряет в них способность к состраданию? Эта книга – история о человечности, о силе дружбы и семейных связей, о любви к семье, стране и культуре.
Цитаты:
Мама моя, Елизавета Павловна Кишкина, происходила из семьи саратовского родовитого помещика и провела детство в имении Студёнка. Мой двоюродный дед Николай Михайлович Кишкин был членом Временного правительства, 25 октября 1917 года получил власть из рук Керенского в Петрограде, но всего лишь на сутки. А папа Ли Лунчжи, более известный под псевдонимом Ли Лисань, был выдающимся китайским коммунистом, до поры до времени соратником Мао Цзэдуна. Две родины, две крови, две культуры, две идеологии – не типичная, но и не редкая судьба в XX веке.
Москву я практически полностью забыла, вся моя жизнь была связана теперь с Китаем. Только лет в восемь – девять у нас образовалась компания детей от смешанных браков. И мы стали задумываться: а кто же мы такие? Попробовали называть себя русакиты, но выражение не прижилось, а позже придумали более подходящее слово – китарусы. И все встало на свои места.
…И тут вышло специальное указание МИДа: поскольку мы уже достигли брачного возраста и еще придется доучиваться, то студентам дозволяется вступать в браки, если получено спецразрешение. Стали играть свадьбы в общежитиях практически каждый день. Одна, две, а то и три пары. Очень редко торжества проходили дома у жениха или невесты: среди нас мало было пекинцев. Приносили конфеты (тогда они были нормированные), семечки, обычные орешки. Например, арахис считался шиком, настоящим лакомством. И бегали весь вечер с одной свадьбы на другую. Вот такая свадьба была и у меня.
Что касается того, кто я в итоге этнически и культурно – русская или китаянка… Был у меня китарусский период, был китайский, сейчас я нахожу
такой ответ: я китаянка с русским уклоном. Было время, когда две мои этнические половинки вступали в конфликт. Слава богу, сейчас я нашла какую-то гармонию. Оказалось, что мне удобно сидеть на двух стульях: если я оказываюсь заперта в одной культуре, я начинаю задыхаться.
📚 Читайте "Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой" онлайн — полный текст книги доступен бесплатно
Перед вами — полная электронная версия книги "Русский иероглиф. История жизни Инны Ли, рассказанная ею самой", адаптированная для комфортного онлайн-чтения. Мы разбили произведение на страницы для удобной навигации, а умная система запоминает, на какой странице вы остановились — можно закрыть браузер и вернуться к чтению позже, не тратя время на поиски. Персонализируйте процесс: меняйте шрифты, размер текста и фон под свои предпочтения. Погружайтесь в мир литературы где угодно и когда угодно — любимые книги теперь всегда под рукой.
Текст книги
На какое-то время Чжоу Эньлай отбыл в Москву, и отец фактически встал у руля партийной власти. В Центральном государственном архиве Китая я нашла письмо Сталину от начала августа 1930 года. Подписано Сяном, но это рука моего отца, я прекрасно знаю его почерк. А письмо было примерно такое. Уже все созрело для победы революции, надо поднимать вооруженное восстание в городах, как когда-то в Петрограде. Чтобы потом Советский Союз поддержал китайских коммунистов с помощью Красной армии.
Еще до этого письма отец собрал экстренное совещание актива ЦК и призвал разжечь всекитайскую революцию, которая, конечно же, перерастет в мировую.
В конце 1930-го Ли Лисань прибыл в Москву и застрял здесь на пятнадцать лет. По тогдашнему обычаю ему дали русское имя – Александр Лапин, только он им практически никогда не пользовался. Зато сам выбрал для себя китайский псевдоним Ли Мин; мама потом всю жизнь звала его просто Мин. И когда я родилась, сотрудники московского загса в метрике мне написали: “Инна Миновна”.
2
Я читала в архиве Коминтерна стенограмму совещания Исполкома, где прорабатывают Ли Лисаня. Он кается, посыпает голову пеплом, но как только пытается что-то уточнить, оправдаться, на него набрасываются с новой силой…
Несколько лет он занимался разбором своих ошибок – и больше ничем. Года через два – три ему дали возможность работать – в закрытых китайских школах партактива. Тогда-то он и познакомился с моей мамой, вернувшейся с Дальнего Востока. А в 1935 году, когда его определили на постоянную работу в издательство “Товарищество иностранных рабочих в СССР”, стал усиленно за ней ухаживать.










