Метроном

И, конечно, все лодочки были уже разобраны. Соня надула губки, глядя, как по озеру плавают разноцветные лодки, и даже Лида чуть не заплакала.

– Опоздали, – горько произнесла она.

– Ничего, – весело ответил папа, оглядываясь по сторонам. – Мы пойдем вот на эту карусель, потом во-он на ту, а потом все будем есть мороженое! Может, и какая-нибудь лодочка освободится к тому времени. Или сперва мороженое? Ну, решайте!

Лида посмотрела на огромные хвосты очередей к билетным кассам возле качелей.

– Лично я не отказалась бы от мороженого.

– И я, папочка, да, и я тоже! – запрыгала вокруг отца Сонюшка.

– А мороженое из вас не вылетит потом на каруселях? – задумчиво спросил папа.

– Саша! – воскликнула мама. – Ну что ты детей дразнишь! Решили ведь – мороженое!

Повернулась и зашагала к киоску с мороженым. Лида и Сонюшка помчались вприпрыжку за мамой, а отец и Костя пошли неторопливо, солидно.

Из всех громкоговорителей слышалась веселая музыка, кругом цвели деревья и кустарники.

У будочки с мороженым разыгралось лёгкое представление. Соня хотела два шарика малиновых, и один клубничный. Лида хотела малиновый, клубничный и еще просто молочный. Папа хотел пять шариков любого содержания, а мама только лимон. Запутались сами, запутали юную продавщицу в красивом белом передничке. А сёстры еще и на Костю обиделись. Нет, ну а чего он смеётся над ними?

Костя издалека наблюдал за семейством и понимал, что долго не продержится.

– А молодой человек мороженое не хочет? – поинтересовалась продавщица.

– Хочет, тётенька, он хочет! – глядя на девушку синими-синими, круглыми, как у совёнка, глазами, прошептала Соня. – Только ему нельзя.

– Это почему же? – удивилась продавщица.

– Потому что он уже взрослый, он сам говорил! И еще он силу воли вырабатывает! – выболтала Сонюшка половину Костиных секретов.

Но Костя держался. Постукивал носком ботинка в такт бравому маршу, лившемуся из громкоговорителей почти с каждого столба.

– Ой, не могу с вами! Костя! – рассмеялась мама. – Господи Ты Боже мой, иди уже сюда!

Костя сдался и получил пять разноцветных шариков в большом вафельном стакане. А Сонюшка немедленно прицепилась к Лиде:

– Лида, а что такое Господи Ты Боже мой?

– Не что, а кто.