Бриллианты Берии

В общем, послушали концерт, хороший, сердечный, а потом в кафешку пригласил, но не согласилась я.

– Понятно, правильно, нечего со всякими первыми встречными… И ты домой поехала?

– Ну, во-первых, не одна. И не поехала, а пошли.

Мать ошеломлённо взглянула вначале на дочь, затем на окно.

– И вы через эту метель пешком? Почти через весь город, да тебя в погожий день-то через дорогу перейти не выго…

– Мама, какая метель?! Ветер, снег, всё как обычно. Не тепло, но и не холодно. Он о музыке рассказывал, про ребят из «Песняров», про ансамбли разные, стихи читал, которые песнями стали, интересно.

– Ну, предположим. Как зовут его, ты не знаешь, а откуда, кем работает, куда уезжает, выяснила?

– Мама, а зачем? Какая разница?! Его слушала я! Просто слушала.

Вилена подошла к букету, развернула.

– Ты не представляешь, мама, какой у него красивый голос, бархатный, как эти розы, словно мелодией сердце обнимает.

Мать обречённо опустилась на стул.

– Понятно, Виленочка, есть подозрение, что ты действительно влю… увлеклась, коли про сердце с мелодией вспомнила.

– Мама, не говори глупостей! Завтра к нему на свидание не пойду.

– Почему?

– Если всё, что наговорил, нешуточно, после командировки доскажет и докажет.

– Не ходи, тебе решать. Но он, может, и сам к нам… Он тебя провожал до дома…

Лицо Вилены потускнело, она прижала к себе цветы и снова подошла к окну.

– Понимаешь, мама, нет. Вон там, у светофора, какая-то иномарка остановилась, дорогая, из этих, из джипов громадных.

плюхнулся, уродец редкостный, с какой-то высоченной симпатичной блондинкой, так этот, с бархатным голосом, едва машину увидел, только и

прошептал: «Прости, до завтра», – и скрылся.

– А урод?

– А что урод? В магазин упрыгал с девицей, я домой поспешила. Вот и всё.

– Так, не было печали – черти накачали, не было беды – бесы помогли! –прошептала мать. – А тебе не кажется всё это очень странным? Вилена взяла ножницы, подрезала стебли роз, всхлипнув, поставила цветы в вазу.

– Кажется, мама, ещё как кажется. Как увидела этого получеловечка, сердце точно этими ножницами полоснуло. Такой чернотой от него повеяло. Мне показалось, даже снег вокруг меня почернел. А холодом-то повеяло, холодом, как из могилы.

ЗАГАДОЧНЫЕ ЦВЕТЫ

Если бы сегодня Вилене сказали, что ручеёк разлился океаном, а море высохло до размеров жалкой лужицы, она бы и внимания не обратила.