Бриллианты Берии

И только когда разъярённая проводница, прекратив вежливо увещевать, схватила его за шиворот рубахи и потянула в тамбур, Михаил заметил карлика. Раздумывать было некогда. Стремительно юркнул в купе, собрал заранее приготовленные для такой ситуации вещи и под вопли взбешённой хозяйки вагона успел выскочить на перрон.

Он не видел, как уходила Вилена, не видел, как за ней, прячась между прохожими, семенили укутанные в одинаковые серые плащи цыганята.

Предчувствуя недоброе, Михаил остановил такси и поехал к дому девушки.

Он успел заметить, как мальчишка, облачённый в плащ явно не по его размеру, прикрывая чёрной вязаной шапочкой больше половины

лица, выскочил из подъезда. В руке пацанёнка разглядел знакомую шкатулку. Михаил не знал, что произошло в квартире у Вилены, поэтому в

первое мгновение оторопел при виде шкатулки, но опомнился и побежал за пареньком. А тот, стрижом обогнув дом, буквально полетел к чёр-

ному джипу, припаркованному у покосившегося заборчика старенького невзрачного здания с выбитыми окнами.

– Выследил, сморчок недоношенный, – зло процедил Михаил, взглянув на номера машины, и ринулся наперерез мальчугану. Тот не сразу сообразил, что происходит, а когда попытался увернуться от набросившегося на него Михаила, неуклюже кувыркнулся ему под ноги. Михаил наклонился, обрадовался, что замок на крышке оказался цепким, поднял шкатулку, схватил похитителя за ухо. Кивнув в сторону машины, яростно сквозь зубы процедил:

– Это уродец тебя послал?

Мальчишка открыл рот, пытаясь ответить, но его глаза неожиданно испуганно расширились, ойкнув, плаксиво застонал:

– Не бей меня, дяденька, пожалиста, не бей! Это он, он отнял, он! Он сам отнял!

Михаил резко обернулся.

– Да, это я, дорогой Михаил свет Сергеевич Галицин. Опять я вмешался, самолично попросил, и опять без должного уважения к вашему благородству и традициям старинного рода.

Уродец направил пистолетик на Галицина и вдруг рявкнул так, что паренёк побледнел и машинально заслонил лицо.

– Нельзя детишек обкрадывать, верни пацану добычу!

Михаил отпустил ухо паренька, выпрямился.

Поглаживая шкатулочку, словно котёнка, и покачивая головой, шагнул к уродцу. Тот, не опуская пистолетика, ухмыльнулся, но попятился.