Коллекция королевы

А эти зёрнышки сейчас сильнее пахнуть начнут, даже капельки масла покажутся, и тогда готово.

Из зажужжавшей затем кофемолки полился уже совершенно восхитительный аромат. Катя бросила в неё две горошинки чёрного перца и продолжала:

– Смотри Кирка. Они совсем в пыль должны смолоться. Вот, словно пудра. А теперь начнётся самое главное.

Она извлекла новую сковородку, засыпанную ровным слоем мелкого белого речного песка. Затем, подогрев слегка серебряную с чернью турку, положила туда кофе, щедро отмерив порошок ложечкой.

– Так. Заливаем холодной водой и добавляем две щепотки сахара.

– Даже если ты несладкий пьёшь? – уточнил Кирилл.

– А в присутствии сахара экстракция идёт интенсивней. – Она поставила турку в песок и прибавила огонь. -Видишь, пока варится будет, я эту турку. Её, кстати, в Турции как раз «джезве» называют, поворачиваю вокруг своей оси раза два или три. Как пена поднимется, надо сразу снять, немного подождать и опять поставить. И так три раза.

– А говорят, кофе закипел, значит готов?

– О, это только невежды.

Да отсохнет у них их поганый язык! Погоди, не перебивай. Я под конец добавляю кристаллик соли. Можно ещё немного корицы положить. Это будет по-армянски.

– Apropos[14 - Между прочим, кстати] по-армянски. Давно хотел тебя спросить. Художник Сарьян тебе не родня?

– По папиной линии – да. Когда-нибудь расскажу, если интересно. Кстати, о родне…

– Это я так. С духом собраться хотел. Я сейчас начну.

Они помолчали. Катя налила кофе в две прозрачные чашечки и положила сверху отдельно душистую пенку.

Кирилл поблагодарил кивком головы, взял свою чашку, затем достал из нагрудного кармана конверт и протянул его ей. Пока Катя читала, Кирилл с откровенным удовольствием маленькими глотками пил кофе, стараясь на неё не смотреть. Наконец, он не выдержал:

– Вот видишь, я получил письмо. Оно для меня, в общем, из трёх частей состоит. Во-первых, это, конечно, «Весть».

– Да что там, извещение о смерти, – зябко пожала плечами Катя.

– Если хочешь.

Но он пишет, что тяжко болен, а мы теперь знаем, что он убит.

– Мы пока ничего толком не знаем.

– Ты, наверно, права. Но подожди. Он пишет, что хочет сыну Пете что-то отдать. Это вторая часть. Я должен пойти по цепочке. И я пошёл, и дальше пойду. Только сначала ты мне скажи, а что тебе известно? Кирилл, наконец, взглянул на Катю и подивился выражению её лица. Она встала, прошлась по комнате, вздохнула и горько сказала.

– Ты мой старый друг.