Зимарумба, или Снега водевиль

Завидев стоявшего в нерешительности парня, она с любопытством подошла к нему. Поняв интерес парня, вызванный спортивными костюмами, она сама сильно задумалась. Дело в том, что только что она выписала квитанцию на так необходимый ей отрез кримплена. Но и ее сыну-лоботрясу, учившемуся в седьмом классе, нужен был спортивный костюм. А денег было в обрез – хватить их могло только на что-то одно.

Сергей почувствовал, что просто так стоять и бесконечно размышлять нельзя. В руках у него была батарейка. Из-под продолговатой с закруглениями на краях полоски из тонкого маслянистого картона он высвободил два плоских блестящих металлических контакта батарейки – один короче, второй длиннее, подцепив пальцем, отогнул их, один за другим, что бы было удобнее и, задумчиво глядя на костюмы, машинально поднес батарейку оголенными контактами к высунутому изо рта языку.

Он отыскал нужный размер, снял костюм с вешалки и, не примеряя, направился с ним к продавцу.

– Вы можете это отложить? – с замиранием сердца спросил он у продавца. Он хотел было начать сочинять, что ему совсем немного не хватает денег, хотя в кармане у него глухо позвякивала только мелочь – полученная с рубля сдача после покупки батарейки. Опытная продавщица, бросив на него наметанный взгляд, сразу поняла, что этот «подросток», эта «дылда», как она мысленно обозвала его, готов понести всякую околесицу и, опередив его, тоном тюремного надзирателя произнесла давно заготовленную окаменевшую фразу:

–Только на час.

До дому спокойным шагом было минут 20 ходу, туда и обратно – 40, ну, дома еще минут 5. «Успею!» – уверено подумал Сергей.

–Хорошо, – стараясь придать своему голосу как можно более равнодушное выражение, сказал он. Продавщицу чуть было не обидело это показное равнодушие, но видно было, как она сдержала себя.

–Фамилия! – ледяным тоном потребовала она от Сергея.

«Пушкин! – в самое первое мгновение хотел соврать Сергей, как всегда неприятно пораженный в подобных случаях, когда невесть кто, ни с того ни с сего хочет узнать его фамилию, но тут же сообразил, что сейчас шутки плохи и доверительно произнес: «Пашутин».

Продавщица небрежно оторвала клочок серо-желтой оберточной бумаги, перевела глаза на висевшие на стене часы и написала: «отложено до …», сократив время на 10 минут.