Триокала. Исторический роман

Пифон – чудовищный великан, порождение Геи, задевавший головой звезды. Зевс напоил его ядом, вызывавшим беспамятство, после чего навалил на него Этну. Именно он с тех пор, по представлениям древних, изрыгал ядовитые пары и расплавленную лаву.], восстав от вечного сна, сговорились между собой, чтобы вырваться наружу. Через несколько дней лавовые потоки достигли города, и один из них, разрушив часть городской стены, изливался в море…

– Ты имеешь в виду северную часть стены? – поинтересовался Мемнон, внимательно слушавший кормчего.

– Да, молодой человек, именно северную. Она до сих пор не восстановлена, и город был бы весьма уязвим в случае войны…

– Большое счастье для Катаны, что римляне подарили благословенной Тринакрии вечный мир и процветание, – с едва уловимой иронией сказал Мемнон, подумав о том, что война в Сицилии, по его расчетам, начнется в самое ближайшее время и плохо укрепленная Катана могла бы стать легкой добычей восставших.

Полдневный зной заставил всех матросов раздеться до набедренных повязок.

Мемнон убедил Ювентину снять с себя длинное платье и остаться в одной короткой тунике.

Кормчий отдал приказ установить передний парус, который всегда ставился при устойчивом попутном ветре. Корабль заметно прибавил ход.

Мемнон, услышав разговор между кормчим и проратом о том, что неплохо было бы развернуть еще и суппар (это был самый верхний парус), тут же обратился к ним, выразив желание поставить его, уверяя, что сделает это не хуже любого из матросов.

– Твой муж отменный моряк.

Мемнон, спустившись на палубу, рассказал Ювентине о своем друге, навархе Блазионе, который открыл секрет плавания под одними парусами почти против ветра.

Говоря об этом, Мемнон нисколько не преувеличивал.

– Когда-нибудь ты увидишь его «Амфитриту», непревзойденный либурнийский корабль, – говорил александриец. – На таком корабле я рискнул бы отправиться даже за Геркулесовы Столпы.

– Я помню, как ты рассказывал о своей страсти к морским путешествиям, – ласково заглядывая ему в глаза, сказала Ювентина. – Помнишь, в Риме?..