Врата скорби. Дикий Восток

– Капитан Шаховской ко мне!

Капитан, стоящий в тени под навесом и обсуждавший с воентехником Васильченко детали предстоящего взлета повернулся, подошел к комэску Грибову, который уже привел себя в более-менее рабочее состояние.

– Кратко – как?

– Цепляем за тягач. Помните, как отрабатывался взлет с палубы авианосца? Зацепка за крюк, выход двигателя на режим и – взлет. Машина эта теперь как тягач используется.

– Как ты зацепишь бэ-ша за крюк?

– А кто сказал про бэ-ша, господин майор – удивился капитан – я на сорок третьем[28 - Ш-43 – нечто среднее между Юнкерс-87 и Ил-2.

Тихоходный, тяжелобронированный штурмовик. Как у Ю-87 стационарное шасси. На Востоке они служили долго, до того как вертолеты появились – потому что тихоходность и способность пикировать давали им немалые преимущества.] собирался лететь.

Майор с силой провел руками по коротким, рано поседевшим волосам

– На Северском… Там же…

– Две бомбы на двести пятьдесят и четыре пулемета – крупняка.

Серьезной зенитной артиллерии здесь не будет.

– С бомбами ты не взлетишь.

Капитан наскоро прикинул – комэск говорил дело. Когда взлетаешь с короткой дорожки – а ведь даже авианосная палуба длиннее! – тут будет иметь значение каждый килограмм веса самолета.

Справится ли он с четырьмя пулеметами? А почему бы нет? Муртазаки боятся самолетов как огня, в их понимании это кара Аллаха, посланная с неба. Кроме того – они подумают, что если появился один самолет – скоро появятся и другие.

Свои приободрятся – всегда приятно, когда тебя с воздуха прикрывают. Да и град пуль калибра 12,7 – не подарок на день Ангела.

– Добро, с бомбами я не взлечу. Но пулеметы с полным БК, лишним не будут. Где это?

– Отметка сто один и три. Семьдесят пять километров.

Князь прикинул – близко. У штурмовика радиус действия – больше в четыре раза. Значит, топлива можно тоже не под горлышко брать. Три четверти баков хватит – с лихвой.

– Добро – сказал князь одно только слово, ставя свою жизнь на кон и не жалея об этом.

* * *

Самолет снарядили быстро – он собственно и был снаряжен, утром собирались отрабатывать упражнения по сопровождению. Благо неподалеку болтался корабль Его Величества Инвисибл, у самого Баб эль-Мандеб. Британцев сюда никто не звал – и значит, сам Бог велел поднять в воздух восьмерку штурмовиков, подцепив на центральной подвеске каждому по старой доброй торпеде и поиграть британцам на нервах.