Людовик XIV, или Комедия жизни

– Милая принцесса, вы так взволнованы, что не лучше ли было бы отложить это свидание до другого раза?

– О нет, нет! Как это возможно! Проводите меня к нему!

– Дочь моя, этот человек причинил вам столько страданий, что вы должны встретить его с достоинством и самообладанием, на которое едва ли способны в настоящую минуту.

– О, будьте спокойны, дорогая матушка. Я не сделаю ничего недостойного. Прошу вас даже присутствовать при нашем свидании.

– Я не могу быть при вашем свидании, потому что при моем сане неприлично слушать разговоры, подобные тому, который должен быть между вами.

Настоятельница поцеловала молодую женщину и повела ее в приемный зал. Эта комната была разделена пополам высокой железной решеткой, завешанной плотной серой материей.

По другую сторону стоял Конти с поникшей головой.

Когда занавеска была отдернута и Марианна, то бледнея, то краснея, подошла к решетке, принц не узнал ее в первую минуту – она была в монашеском платье с черной вуалью.

Он молча протянул к ней свои руки сквозь отверстие решетки и страстно сжал ее холодные пальчики. Так стояли они несколько минут, не отрывая взоров друг от друга. Конти с восхищением смотрел на молодое, взволнованное лицо, на глубокие сияющие глаза. Неужели Конти только теперь увидел, как хороша его жена? Да! И он стыдился в глубине души, что был так слеп и несправедлив к этой прекрасной женщине.

Наконец он заговорил глубоко взволнованным голосом:

– О Марианна, видно, глубоко было мое падение, если мне нужно было такое тяжелое испытание, чтобы узнать, что я потерял, лишив себя вашего присутствия…

– Принц, не обманываетесь ли вы в чувствах, которые привели вас ко мне? Бога ради, будьте осторожны! Что же касается меня, то вы найдете во мне готовность безропотно исполнить все ваши желания.

– Дорогая Марианна, не мучьте меня этой пассивной покорностью! Я отнял у себя право быть вашим другом и советником, и мне осталось только, как нищему, выпрашивать прощение и сострадание к моему разбитому сердцу. Если в вас осталась хоть искра того чувства, которое я, недостойный, не сумел оценить, то умоляю вас – не отвергайте меня! Я заранее подчиняюсь всем условиям, которые вы захотите потребовать от меня!..