Попаданцы разбушевались. Книга первая. Город Тридевятов

Марина с Галей оформляли стол. Им, сидя, помогали Виктор с Анастасией Павловной. А рядом с ними расположился незнакомый персонаж. Сухощавый старичок с лицом и руками цвета старой дубовой коры – всё остальное прикрыто зелёным одеянием: кепи, плотная рубаха, брюки, оканчивающиеся «сапогами». Ни одной пуговицы, иной застёжки, ремня… Народ, глянув на Сергея, загадочно заулыбался.

– Сергей, – представился Голубев. – Случайный гость в этих краях.

– В этих краях, мил человек, случайных гостей не случается, – ответил незнакомец, – Хотя гонял некоторых, так они и в городе не задерживаются.

А я – Сухой, имя такое с детства. Лесовик я местный, ещё меня лешим называют, да мне всё равно. О, а это та птица, о которой Ярик рассказывал? Не видал таких…

Птица, вначале подозрительно осмотрев зелёного человека, легко взлетела ему на плечо, ущипнула за ухо и успокоилась.

– Вот и сиди себе, раз нравится, а нагадишь – в суп пойдёшь! – Сухой вновь обернулся к присевшему и, надо сказать, ошалевшему Сергею. – И как тебе тут, по душе?

– По душе… – растерянно ответил Сергей.

 – Ещё бы вот по разуму.

– Это не долго, если он имеется, разум-то, – хихикнул старичок. – Вон Витя пояснит, что к чему, если до сих пор не удосужился.

– Ага, не удосужился, – проворчал Виктор, нарезая душистый хлеб. – Сергей Николаич, долго тебя ждать, где уже уха? Весь лес ароматом пропитался… Не хотел я говорить. Мы у музея вспомнили, что означает «знать и верить». Сказал бы, а он взял да поверил. Щас! Ведь не поверил бы, Сергей? А так – вот он Сухой, можешь ущипнуть хоть его, хоть себя.

Натуральный леший. Хозяин тут полный. Вон и поросёнка приволок в подарок. И настойки своей, небось, прихватил.

– Да уж, – чего-то засмущался лесовик. – Кабанчик этот умудрился в скальный овраг свалиться, не жилец уже. А настойки как не прихватить – нынче у Тумана день явления на свет, скоро приплывёт. Это хозяин леса и болот на том берегу, – пояснил он Сергею. – Уж который по счёту, не знаю, врать не буду, лет на триста он помоложе меня.

Не хватало ещё все даты помнить. И так башка забита.

– И много чем забита? – спросила Марина.

– Не поверишь, девушка, сколь многим. Мы ведь помним всё, что было не только с нами, но и до нас. Передаётся от предков. Это у вас, у людей, всё не по-людски: вона, лицо, фигуру, даже характер наследуете, а память? Всё с начала приходится познавать, а много ли успеешь за короткую жизнь! Да и ладно, это не исправить. Зато ваши настойки уважаю.