Записки пациента

Запомнился мне почему-то только один препарат, глутаргин, его и капельницей кажется вводили. Но памятен он мне тем, что я потом ещё долго покупал в аптеке его в виде таблеток, хоть он и довольно дорогой. Ведь он помогал мне и при лактатацидозе, а по большому счёту его вливают и при алкогольной интоксикации. Да-да, при передозе алкашам, при выводе из запоя. Но потом я перешёл на питьё соды и глутаргином перестал пользоваться.

Однако у соды есть и неприятные эффекты, стали побаливать почки, а УЗИ показало, что канальцы в них стали обызвествляться или кристаллизоваться, с термином не уверен.

Но в чём тут причина, утверждать не берусь. Но нет худа без добра, когда у меня проявился диабет, то я стал пить метформин и о, чудо, у меня намного уменьшилась потребность в соде.

Метформин замечательный препарат, но с ним тоже надо осторожно. Он может вызвать тот же лактатацидоз, при больших дозировках. Надо всегда прислушиваться к организму, чтобы не переборщить с лекарствами, чтобы они не превратились для вас в яд.

Лично у меня стали болеть почки, сердце и я прекратил приём метформина. Надо попасть на приём эндокринологу и выписать таблетки, не вызывающие лактатацидоз, а в наше время пандемии, это не так просто. Поэтому я вернулся к старой тактике, два часа после еды не садиться, надо гулять, заниматься домашними делами, сжигать лишнюю глюкозу, выделяющуюся в кровь после обеда.

Это моё личное решение, вызванное к жизни методикой замеров сахара в крови. Медиков интересует показания глюкометра утром натощак и через два часа после еды.

Диабетику важно иметь глюкометр, чтобы иметь представление о своём уровне сахара. Как важно гипертонику иметь тонометр и измерять артериальное давление.

Очень может помочь в деле сохранения здоровья ежедневное получасовое сквозное проветривание помещения, когда открываются окна и двери. Ведь при открывании одной форточки вы не сможете выветрить из помещения углекислый газ, который тяжелее кислорода и скапливается внизу у пола. А именно его вы ежесекундно выдыхаете, вместо потребляемого кислорода.

Когда я был молодой, мне было всё равно, какая атмосфера в помещении, но с возрастом развилась ишемия сосудов сердца и о недостатке кислорода мне сразу даёт знать боль в этом самом важном для человека органе. Я не переношу спёртый, перенасыщенный углекислым газом воздух в квартире. Я стал как та канарейка, которую шахтёры берут с собой под землю, бедная птичка первая не выносит скопления взрывоопасного рудничного газа.