Тайная любовь моя

А все эти Валечки, Валюши с детства валенки напоминают. Из-за этого не люблю свое имя. А Валя-Валентина, здорово!

– Конечно, здорово. Почти как Эрих Мария Ремарк.

Валя-Валентина рассмеялась.

– Жду стихи, – напомнила она, когда мы, наконец, распрощались на лестничной площадке.

– А я думал, ты давно спишь, – удивился Саша, открывая дверь, – Где пропадал?

– Представь, задремал в беседке – там так хорошо было сегодня.

Ночью приснился странный сон, навеянный, очевидно, морским приключением, вечерним знакомством и его неожиданным продолжением.

Я лежу на пляже бердянской косы. Ко мне медленно приближаются, словно плывут по песку, две греческие богини – Людочка и Ирочка. Они все ближе и ближе. Все отчетливей вижу их красивые, но суровые лица. Они смотрят на меня в упор, с укоризной.

Неожиданно рядом со мной возникает Валя. Она смотрит то на меня, то на приближающихся девушек. Она видит мое смятение.

– Толик! – вдруг хватает за руку Валя, – Не смотри на них, они же не настоящие! Они были такими пять лет назад, а сейчас это видение, мираж! Посмотри на меня! Я здесь, я рядом, и тоже красивая! Смотри! – кричит она, и вдруг быстро снимает купальник.

Без одежды она выглядит фантастически. Я не могу оторвать взгляда от Вали-Валентины. А она смотрит на меня так загадочно.

Но мне надо бежать от нее!

Как можно быстрее и дальше!

Не знаю, почему, но так надо.

С трудом бегу по зыбучему песку, рыбкой бросаюсь в воду, ныряю, долго плыву под водой. Мне не хватает воздуха, я задыхаюсь и всплываю.

В нескольких метрах от меня, как когда-то на харьковском водохранилище, стремительно летит четверка распашная. На веслах, что с моей стороны – Людочка и Ирочка. Они ничего не видят, лишь изо всех сил налегают на весла.

Меня видит рулевой. Это Саша. Но он не реагирует. Кричу ему: “Человек по курсу! Суши весла!” Он смеется сатанинским смехом и вещает громовым голосом: “Ты предал свою любовь! Ты приговорен к смерти!” Весла моих подруг уже занесены над головой.

В ужасе просыпаюсь. Я лежу на мокрой подушке и мокрых простынях. Липкая духота жаркого лета. Комнату озаряют всполохи далекой грозы.

Я пришел в себя и долго лежал неподвижно, переживая фантастические, но необыкновенно реальные видения сна. Наконец, снова задремал. Сновидение повторилось один в один. И снова испытал ужас приговоренного к казни. Не спалось.

Я лежал и думал обо всем, что еще не случилось, но может случиться. Я чувствовал себя накануне.