Тюлень

Астахов устроил вечеринку в двухэтажном доме, перед которым был разбит цветник. По виду этого дома можно было сделать вывод, что человек, которому он принадлежал, когда-то жил здесь в свое удовольствие. Напитки и закуски уже заняли свое место на столе. А из кухни доносился запах чего-то вкусного, приготовленного на основе консервов.

Балкан не заставил себя ждать, пришел очень скоро. Войдя в дом, он остановился, пораженный видом трех очаровательных женщин в нарядных одеждах. На диване у противоположной от входа стены рядком сидели три красавицы, все они словно невесты были одеты в светлые платья.

Конечно, Балкан сразу же сообразил, что это дело рук капитана Астахова. Капитан Астахов отличался не только остроумием и находчивостью, но и умением на самом высоком уровне организовывать подобные мероприятия. Войдя в гостиную, Балкан окинул взглядом собравшихся и по-командирски оценил здешнюю обстановку. Увидев его, сослуживцы вскочили с мест и, одергивая полы гимнастерок, по-военному встретили своего командира.

– Ого, что у вас тут происходит, ребята!

– Сердце жаждет веселья, товарищ комбат!– улыбаясь, ответил Астахов, после чего подмигнул стоящему рядом с ним невысокому крепышу капитану, словно спрашивая его: “Не правда ли?”. Капитан молча улыбнулся, а вместо ответа погладил усы, по-своему подтвердив слова Астахова.

– Товарищ капитан, так на чью свадьбу мы пришли? – этот вопрос Балкан задал, глядя в сторону молодок.

Прежде чем ответить командиру, Астахов радостно засмеялся, потом сказал:

– Товарищ комбат, все ждут вас, проходите, садитесь за стол, ну а с женихом мы как-нибудь потом разберемся.

Когда Астахов, повернувшись к сидевшим на диване женщинам, повторил только что сказанные комбату слова на немецком языке, они встрепенулись, смущенно заулыбались, и всем своим радостным видом подтвердили свое согласие с ним.

После этого все дружно перешли за накрытый стол и принялись за еду, женщины переговаривались друг с другом, улыбались мужчинам, перекидывались с ними нежными взглядами.

Прямо напротив Балкана расположились Астахов и высокая, худощаво-стройная, не уступавшая ему в остроумии, Луиза. Вытягивая свою длинную лебединую шею, Луиза поворачивалась то к одной, то к другой из своих подруг, которые были менее разговорчивы и сидели с видом загнанных в клетки птиц, что никак не соответствовало обстановке, а если и говорили что-то, то им казалось, что их все равно никто не слушает.