Даниэль

Провода ведут к датчикам и приборам, регистрирующим разные показатели: дыхание, шумы, уровень сонливости и количество кислорода в крови. И все это подключено к массивному аппарату, куда стекаются все данные.

Я спросил специалиста по сну, не подключил ли он меня случайно к электрическому стулу. И если так и есть, то пусть имеет в виду, что я голоден и имею право на последнюю трапезу перед казнью. А поскольку я невиновен, то мне полагается еще и десерт. И тут же представил, что его белый халат – халат шеф-повара. И он подает мне меню, а в нем значится: «Шашлык из антрекота "Конец пути" с черным перцем и крупной солью.

Гарнир – жареный органический батат, припущенный в оливковом масле». Батат вручную выкопали из земли, и на его место потом закопают тебя. «Салат из черри, капусты и базилика в оливковом масле, и бокал сухого красного вина «Петит Сира». А на десерт – крем-брюле с невообразимым вкусом, покрытый слоем тонкой хрустящей карамели.

И повар желает мне «Приятного аппетита!». И интересуется: «Ну как антрекот?».

И я отвечаю: «Отвал башки!» И оба смеемся.

Но это фантазии. А реальность, как известно, превосходит все фантазии. «Вставайте», – говорит специалист, хотя я еще не доел стейк и не добрался еще до «Конца пути», а десерт еще даже не готов.

Я возвращаюсь в реальность, встаю, еще более голодный, подключенный к аппаратам бесчисленными проводами. Бросив взгляд в зеркало, я понимаю, что похож на марионетку, созданную безумным профессором.

Данные собираются в состоянии глубокого сна.

Я привык засыпать один на широкой двуспальной кровати с ортопедическим матрасом и мягкими подушками после часа ночи. Я люблю широко распластаться. Я долго кручусь, пока не найду идеальную позу, и только тогда засыпаю.

А здесь, в лаборатории, хотят, чтобы я заснул в 11 вечера на узеньком матрасе, жестком, как доска; на твердых, как камень, подушках; с сотней проводов, тянущихся к датчикам, подключенным к тяжелой видеокамере.

К тому же на пустой желудок, когда лежишь как мумия и боишься шевельнутся, потому что можешь нечаянно задеть какой-нибудь провод, и тогда придется возвращаться на казнь еще раз и опять грезить об антрекоте.

Выходя из комнаты, специалист по сну наказал мне спать, и с доброй улыбкой пожелав «волшебных снов», выключил свет.

И вот я лежу, закрыв глаза, и пытаюсь заснуть. Не шевелюсь, дышу с опаской, чтобы не дай Бог, не выдернуть какой-нибудь провод, ничем не зашуршать, и Боже упаси, не помешать сладкому сну датчиков.