Сандония

– Ещё куриную ножку и бутылку красного вина, – добавил Артур и, обратившись к парню, спросил: – Ты же не откажешь мне в компании. Будем праздновать. Нам с тобой через много пришлось пройти.

– Конечно, – его глаза засияли. Дома, в Готе, родители не разрешали ему пить алкоголь. Ни вино, ни пиво – ничего. Говорили, что он ещё мал для взрослых напитков. А сейчас, вдали от дома, грех отказаться от всего, что некогда было запретным.

Девушка быстро удалилась к стойке. Геральд с интересом спросил Артура:

– А кто она? Мне прежде не приходилось встречать получеловека – полузверя.

– Полузверя? – рассмеялся старик. – Ты когда-нибудь слышал про народ мирола?

– Нет, – покачал он головой.

– Они живут далеко-далеко отсюда. На самом севере Сандонии. Это люди, хоть и имеют черты, схожие с животными. Знаешь, что я скажу? Это очень хороший народ. Честный, добрый и порядочный. Лично я к ним испытывают только уважение. Жаль, что не все относятся к ним такжет. В Бретонии совсем недавно их народ стали использовать в качестве рабов.

– Как это?

– Там очень непонятная история, запутанная. Королевство Фраг – ближайший сосед Мирола, вот там живут зверолюди– оборотни. У них тёплые дружеские отношения, у них общее древнее происхождение. Покойный король Бретонии ненавидел драков.

– Что за драки? – не понял Геральд.

– Полузвери, оборотни. Они называют себя драками. Так вот, бывший король решил захватить приграничные земли королевства, и ему было это под силу. Но мирола заявили, что встанут на защиту своих дальних родственников.

Король лишь посмеялся над ними, пригрозив, что сам Харимор поддержит его. Но Империя, которая имела выгодные торговые отношения с Мирола – остались в стороне, решила соблюдать нейтралитет. Харимору невыгодно было воевать с ними. Король разгневался на мирола и объявил их вне закона на всей территории Бретонии. Народ мирола стали жестоко гнать мечом. Многих погубил этот закон, – в его голосе была печаль, – Те, кто выжил и остался в Бретонии, были порабощены. В больших городах мирола используют как живой товар на невольничьих рынках – теперь это в порядке вещей.

– Она рабыня? – спросил Геральд, указывая на девушку, обслуживающая посетителей трактира.

– Конечно. Меня огорчает их положение, но ничего сделать уже нельзя.

– А почему Мирола не освободит своих сородичей от рабства?

– Всё из-за Империи, – покачал старик головой. – Мирола сотни лет дружат с Империей, но у Империи военный союз с Бретонией.