Наперегонки с хитрецом

Насколько мне было известно, до Бори она была на содержании у бизнесмена, который занимался оптовой торговлей. Но стоило ему обанкротиться, девушка тут же исчезла как мимолётное виденье. Она презирала неудачников.

– Ну что, господа, все в сборе, – прервал мои воспоминания Борис Моисеевич. – Думаю, можно начинать. Прошу к столу.

В центре гостиной стоял большой круглый стол из красного дерева с расставленными возле него стульями с кожаной обивкой и одним креслом, наверняка предназначенным для хозяина дома.

Направляясь к столу, я размышлял над тем, что же придумал хитрый еврей.

Усевшись между брюнеткой и молодым высоким парнем с фигурой атлета, я посмотрел на главное действующее лицо предстоящего представления.

Гульденман, не спеша, солидно подошёл к своему креслу и с едва слышным кряхтеньем устроился за столом. На нём был чёрный бархатистый фрак и белоснежная сорочка с расстёгнутым воротом. На шее висела массивная платиновая цепь.

Положив перед собой красную папку, он обвёл собравшихся тяжёлым взглядом из-под густых бровей.

– Не все из вас друг друга знают, так что для начала представлю каждого из сидящих за этим столом, – хрипловатым голосом начал Борис Моисеевич.

– К чему такой официоз, Боря, – неожиданно прервала вступительную речь своего любовника легкомысленная фотомодель, игриво улыбаясь. – Может, просто выпьем за знакомство, и тогда…

– Закрой свою пасть, Марго! – жёстко оборвал её хозяин. – Откроешь его тогда, когда я разрешу.

Не ожидавшая ничего подобного, привыкшая к совершенно другому обращению, обласканная вниманием брюнетка вздрогнула, побледнела и, плотно сжав губы, молча кивнула. В её голубых глазах затаилась обида.

– Тогда и начну с тебя, чтобы напрасно не дула свои шаловливые губки, – ухмыльнулся Гульденман, в глазах которого полыхал огонь ненависти. – Это моя бывшая пассия, возомнившая себя неприкосновенной, незаменимой и самой хитрой. Как оказалось – слаба на передок. Тайком трахалась с менеджером моего автосалона.

– Враньё! Не верь в эту грязную ложь! Я люблю только тебя, котик! – не выдержала Марго, на глаза которой навернулись слёзы. – Как ты можешь такое говорить, после всего, что между нами было!

Моисеевич спокойно выслушал, а затем открыл свою папку и бросил стопку фотографий ей в лицо. Одно фото упало рядом с моей рукой, и я невольно бросил на него взгляд.

Кто-то профессионально сделал свою работу – качество фото было отменное.