Тайна скифской чаши

– Нелегко вам живётся под тяжестью веков? – с любопытством поглядывая по сторонам, спросил Антыхин.

– Ноша истории незаметна, – засмеялся Фейгин. – В сущности, она у каждого из нас за плечами. А у меня даже на столе.

Фейгин подал Антыхину камень.

– Это нож каменного века.

Антыхин с уважением провёл ладонью по плоской твёрдой поверхности.

– Нравится? – спросил Фейгин.

– Любопытная вещь. Как будто пожал руку далёкого предка.

– Значит нравится? Дарю! – Фейгин сделал от сердца широкий жест.

– Берите! У нас таких экспонатов много. Этот камень я лично нашёл на берегу реки. А в придачу вот вам наш каталог. Спасибо спонсорам, очень качественные фотографии сделали.

Каталог был тяжёлым и от этого производил впечатление солидного издания. Антыхин не без интереса листал его страницы. Фейгин вдруг остановил его:

– Обратите внимание, на этой странице у нас представлены три древнегреческие геммы. На двух из них изображение Геракла, а вот эта гемма лежала внутри украденной чаши.

– Оригинал был, наверное, ещё краше? – спросил Антыхин.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду девушку изображённую на этой гемме. Если она так прекрасна на стекле, то какая же она была в жизни?

– Ну, может быть, это придуманный образ, не думайте о ней. Если она и жила на самом деле, то нас с ней разделяют тысячелетия, – понимающе улыбнулся Фейгин. – Ищите свой идеал в нашем времени.

Фейгин взял в руки каталог, перевернул несколько страниц и грустно вздохнул:

– А вот и скифская чаша.

Даже на фотографии чаша производила необычное впечатление. Её форма не была идеальной – скорее асимметричной, но даже в этом была её особая привлекательность. Скифские пирующие воины, царь на троне – смотрелись на фризе чаши единой композицией, и только человек в плаще, стоящий в полный рост, был обособлен от общей группы. Очевидно, неизвестный мастер не случайно акцентировал внимание именно на этой фигуре.

– Вижу вас, Владимир Олегович, наиболее заинтересовала фигура скифа в плаще? – спросил Фейгин.

Антыхин согласно кивнул.

– Кстати, обратите внимание, – продолжал Фейгин. – Он единственный из всех кто не вооружён, в руках он держит не оружие, а свиток папируса. Очень осторожно я выскажу предположение, что на чаше изображён гениальный человек своего времени – философ Анахарсис.

5. Начало мира (до н. э.