Путешествие из Санкт-Петербурга на Селигер

Это понимают далеко не все, но стремятся ко всеобщему траху большинство самцов.

Не надо строить больших иллюзий на этот счёт. Милые женщины! Не все из вас проститутки или дамы лёгкого поведения! Но процент последних сильно растёт за счёт молоденьких, неопытных и легковесных дурочек, наивно полагающих, что за один вечер знакомства можно создать крепкую семью и устроить своё будущее с симпатичным или денежным кобельком.

Все мужики делятся на людей слова и дела. Антон был из второй половины. Он очаровывал очередную дурочку, затаскивал её в постель и делал своё дело так, словно это была последняя в жизни возможность, последний шанс.

Антон не любил обсуждать свои победы и тем более, распространяться о неудачах. Почему-то, вдруг вспомнился забавный анекдот о поручике Ржевском и графе Болконском.

– Поручик!

– Н-да, да, граф!

– Простите, Вы такой многоопытный в амурных делах…

– Ну, разумеется, граф, – без ложной скромности ответил поручик.

– А как Вы считаете? – начал вопрос с нескрываемой робостью Болконский. – Могла бы вот эта дама, хм… – несколько растерявшись и смутившись, вдруг запнулся граф. – …взять у Вас в рот? – с трудом закончил Болконский.

– Однозначно да! – решительно ответил поручик, лишь мельком бросив взгляд на шедшую им навстречу симпатичную даму средних лет.

– А вот эта? – продолжил расспрос Болконский и посмотрел в сторону другой, не менее привлекательной особы.

– Тоже да! – был утвердительный ответ поручика Ржевского.

– А вот эти две дамы? – не унимался граф.

– Помилуйте, как же со спины я могу определить? – изумился поручик. – Однако, минуточку, – и поручик быстро сначала обогнал, а затем обошел мать и дочь, важно дефилировавших по Невскому проспекту. – Обе возьмут! – с нескрываемым чувством победы утвердительно ответил поручик.

– Удивительно! Но как Вы это определяете? – изумился граф.

– А я смотрю… если у них рот есть, то куда они на х… денутся? – с уверенностью ответил Ржевский.

Болконский с восхищением и нескрываемой завистью смотрел на поручика.

– Антон, доброе утро! – не менее приятным по тембру бархатистым баритоном приветствовал Виктор Иванович. – Не разбудил?

– Доброе, – был кратким, как обычно, ответ Антона.

– Антон, а как ты относишься к вопросу бракосочетания? – начал издалека профессор.