Антивампирин

Вот завтра, когда он убедится, что все его вурдалаки – бред, я поговорю с этим «дохтуром»!»

Представляете удивление дяди Мирона и особенно ужас жителей Чернухи, когда на следующий день выяснилось, что вампиры перешли границу между мифом и реальностью. Да что там! Они перешли все границы приличия.

– Они лежали с нами вплотную, как клопы! – истерично кричала какая-то молодая чернушанка.

– Я проснулась из-за того, что обняла нечто скользкое и липкое, – вторила ей другая женщина. – Если бы оно шевельнулось, со мной сделался бы удар!

Почти каждый обнаружил в это утро рядом с кроватью или даже на ней голого, зеленоватого, чуть заплесневевшего покойника или покойницу.

Две старушки действительно не вынесли подобного зрелища. Несколько человек лечилось потом в «психушке». Но в целом ЧП сошло селянам благополучно. Зато разговоров после было – на всю оставшуюся жизнь.

Первый испуг прошел. И чернушане даже радовались, что все позади и что больше уж никогда вампиры не явятся к ним. Только одна сорокалетняя вдова горевала, потому что приходивший к ней кровосос был ее покойный муж.

И получилось, что она потеряла его во второй раз.

– Он так нежно сосал меня! – говорила она и безутешно плакала.

7

Что добавить к сказанному? Дядя Мирон помер через два года, простудившись. Рецепт антивампирина, им изобретенного, затерялся. Оно, может, и к лучшему. По крайней мере, отец почти не сомневается в этом. Его победа недолго радовала его. Очень скоро он стал жалеть своих сосунов.

– Ведь какие умницы были! – часто вздыхал он за стопкой водки. – Лишней капли не выпьют!.. Мы-то сами, чем не вампиры? Да мы во сто раз хуже!.. Какое я имел право убивать их?! А что если верны бабулины слова, и эти божии пиявки призваны были лечить нас, отсасывая дурную кровь!..

    1991 г.

Ночь под юбилей

Студенты, проживающие в общежитии, праздновали юбилей. Их родному университету стукнуло шестьдесят лет.

В комнате собралось человек семь-восемь. Все парни.

И не случайно, поскольку их девизом были слова: «Выпивка – дело серьезное!» Главное в этом деле, считали они, не спеша «опрокинуть» и основательно поговорить. А легкомыслие в виде баб – это на третье.

Стол буквально ломился. Его оккупировали четырнадцать бутылок «бормотухи» и (среди них как матка среди пчел) бутылка водки. Закуска также поражала изобилием: целая сковородка отварной вермишели!

– Ну-с, приступим, старики, – начал студент Шкловский.