Принцесса Королевства Демонов

Во всяком случае, не сейчас. Георгин побледнел и вспотел за долю секунды, так как именно он сидел ближе всех к брату. Неуверенно улыбнулся, пытаясь превратить всё в шутку. Уже хотел что-то сказать, дабы разрядить обстановку, но его перебили. И перебила его Лаванда.

– Как?.. – прошептала она. – Как ты её назвал?..

Было и без того ясно, что речь идёт обо мне. Ох… А я только расслабилась, что о моей персоне все забыли. Но суть проста: он в присутствии всей семьи произнёс моё имя. И не в негативном ключе, а нормально.

Даже в какой-то мере заступился за меня. Этот поступок удивлял не меньше, чем улыбка старшего брата.

– Азалия, – повторил Анемон, смотря Лаванде в глаза. – Или ты забыла имя той, кто сидит каждый вечер с тобой за одним столом?

– Тц! – вырвалось из уст девушки, которая была недалеко от меня.

Более того, я вновь увидела, как она сжала металлические столовые приборы, сминая их, словно они сделаны из бумаги. Лаванда меня ненавидела. Насколько я помню, она всегда особо не любила Азалию, но окончательно эти эмоции перешли в ненависть после того, как я отказалась есть приготовленный ею ужин.

Ну… тут отчасти есть и моя вина. Признаю.

Как бы то ни было, сейчас персона, которая обращает на себя всеобщее внимание, – именно Анемон. Казалось, словно на его плечи больше не давит невидимый груз, и он может дышать намного свободнее. Даже цвет лица улучшился. А ведь я, по сути, ничего не сделала. Просто пара добрых слов… Разве в этом причина? Нет… Вряд ли.

– Что ж… – неожиданно произнёс слуга Короля Демонов, вновь обращая на себя внимание.

 – Раз вся королевская семья собралась, то можно приступать к ужину. Прошу, – хлопнул пару раз в ладоши, призывая горничных принести блюда с ужином. – Приятного вам аппетита.

Блюда были расставлены вдоль всего стола. По сигналу с каждого из них убрали крышки и явили нам изысканные блюда мира демонов. У кого-то из тарелки торчали обжаренные пальцы веером, а в центре, словно сердцевина цветочка, находились запеченые человеческие мозги.

Где-то виднелся вспухший желудок, причём вспоротый, а внутри я увидела что-то белое. И, только приглядевшись, поняла, что это огромное количество опарышей, которые ко всему прочему ещё и живы, так как яростно извивались.

Передо мной лежала синяя слизистая человеческая голова с вываленным наружу опухшим языком и полностью побелевшими глазами. Черепушка надрезана так, чтобы можно было поддеть вилкой или взять за волосы и снять череп, после чего заглянуть внутрь.