На обломках хаоса

У некоторых хищников заложено подобное в подсознании. Они изначально избавляются от самых сильных, оставляя слабых на десерт. Так как те в любом случае не способны далеко убежать и что-либо сделать. А слабыми тут выглядим именно мы…

Они видят нас, но мы их нет.

– Нужно бежать, – тихо бросила я.

– Что? – растерялась Катерина, которая до сих пор не могла прийти в себя.

Но тратить время на разговоры я не стала, лишь ускорила прыжки, продолжая передвигаться на одной ноге и опираясь на плечи Катерины. Девушка, ничего толком не понимая, также поспешила.

И стоило нам ускориться, как позади послышался цокот, скрип и шипение.

– А? – протянула Катерина, обернувшись назад. И как только она это сделала, то тут же пронзительно закричала. – Монстр! За нами бежит монстр!

Я также обернулась на несколько мгновений. Этого вполне хватило, чтобы оценить весь уровень угрозы.

Саламандра.

Чёрт бы их всех побрал! За нами бежит огненная саламандра! Гигантская ящерица размером с крупный автомобиль, черного окраса с желтыми пятнами.

Длинные чёрные когти с тошнотворным скрипом царапали чёрные камни, а шипение ящера проникало до самого мозга костей. Длинный раздвоенный язык снова и снова выходил изо рта монстра к нашему направлению.

– Нет… Нет! – кричала Катерина, не прекращая плакать. – Не могу… Нет… Я не могу умереть! НЕТ!

Нам приходилось то подниматься, то опускаться по холмам и при этом перепрыгивать через небольшие реки лавы. И то, что лаву можно было перепрыгнуть, можно было назвать нашей удачей.

Однако у любой удачи имеется свой лимит.

В какой-то момент мы наткнулись на такую реку, которую так просто не перепрыгнуть, а обратного пути нет.

– Давай, – бросила я, подставляя руки. – Подброшу тебя на тот берег. После ты поймаешь меня.

– Что? Но… Но…, – неуверенно мотала она головой.

– У тебя есть идеи получше? Если нет, то заткнись и исполняй приказ, – злилась я, но всё равно старалась сохранять спокойствие в голосе: – Вперёд!

И не успела Катерина прийти в себя, как я уже схватила её за ногу, позволила облокотиться себе на плечи и подтолкнула в момент прыжка в сторону противоположного берега.

Приземление было жестким, но всё же девушка смогла пересечь лаву.

– Давай, теперь я, – тут же обратилась к ней, чтобы не тратить время понапрасну.

Правда, сдаётся мне, что прыжок будет сложным. Остаётся одна надежда – наша форма. Если бы не она, то нас бы ждала та же участь, что и тех разорванных бедолаг.