Гордость злодеев

Если у него уже есть десяток любовниц, которые беременны, и каждая вот-вот родит младенца, меня подобная информация не касается.

Три года, и спектакль закончится.

Но и такая мирная жизнь не могла продлиться долго. Повторяю, враги устали ждать. И слегка подтолкнули нас к действиям. Не знаю, связан ли с этим Эджил, но мне в еду был добавлен яд, который я успела заметить благодаря потемневшей серебряной посуде. Трудно утверждать, действительно ли меня хотели убить или просто предупредить, но факт остается фактом.

Тогда я решила исполнить давнюю просьбу Эджила, а именно: использовала деньги и титул герцога и «прибралась» в особняке.

Как?

Просто уволила всех, кто мне не нравился и кого не успела как следует проверить. Мне нужно было узнать, чего они стоят. Кто верен? А если лоялен, то по отношению к кому? Кто заслан сюда с недобрыми намерениями? Вопросов много, но времени мало. Чем быстрее и резче я буду действовать, сбивая противников с толку, тем больше вероятность, что они допустят ошибку.

Хотя таким образом можно выявить не только врагов.

– Госпожа, умоляю вас, я не могу потерять работу! Не могу лишиться ее! – молила юная девушка, которой на первый взгляд было лет двадцать.

Пока я пила чай, она стояла на коленях, опустив голову, и не переставала плакать. Худая, с темно-русыми волосами, спрятанными за косынкой, видно, что недоедает и мало спит. На сухих и потрескавшихся ладонях – множество мозолей, свидетельство того, что она не боится тяжелой работы и наверняка в ее обязанности входит стирка.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась я, сохраняя полное безразличие к ее слезам.

– Сюзи, моя госпожа, – представилась служанка.

– Сколько тебе лет? – продолжала задавать вопросы.

– Двадцать, – ответила она, не поднимая головы.

Что ж… как я и предполагала.

– Ты еще молода, – отметила. – Сможешь найти что-нибудь другое.

– Нет! – воскликнула она и вновь разрыдалась. – Не могу! Я… Я!.. – Сюзи словно хотела что-то сказать, но боялась себя выдать.

– Говори, – приказала я, поставив чашку на белоснежный столик.

– Да… – кивнула она, после чего тихо пояснила: – Матери тяжело растить ребенка одной. А если я лишусь должности, то… моего сына могут у меня отнять. Я… не выживу без него, моя госпожа. Прошу вас! Не увольняйте меня! Сделаю что угодно. Вынесу любую сложную работу, но только не… увольнение.

– Сын? – Какая неожиданность. – Сколько ему?

– Четыре года, – ответила Сюзи.