Другая сказка

Анна обернулась на Дею, укоризненно покачав головой, а Гита тут же отпустила голову и отступила на шаг во мрак, где ее мало кто увидит.

– Зачем ты так? – Анна грустно взглянула на подругу, которая отошла за их спины. – Она не виновата в том, что такой родилась. Как и ты не виновата в том, что прекрасна с самых первых дней своей жизни.

Дея улыбнулась лишь краешками губ, промолчав в ответ. Она испытывала наслаждение, когда окружающие говорили о ее красоте и стати. Она любила смотреть на себя в зеркало, долго причесывать черные, словно смоль, волосы, разглядывать свои густые ресницы, цвет глаз, белую кожу и голубые вены, сеточкой распластанные по телу.

Она любила себя и требовала такой же любви от других.

Вот только не могла она понять, отчего Владимир не может полюбить ее в ответ. Полюбить так, чтобы Дее хватало этого чувства. Найдя глазами в толпе людей объект желания, Дея не сводила с него глаз, в то время как Владимир передавал Мирославу в руки родителям.

– Мирослава, где ты была? – ахнула Марья, порывисто обняв дочь.

 – Мы с отцом не стали тебя ждать дома, отправились на площадь в надежде, что ты здесь, но не увидели тебя.

Мира отвела взгляд. Она не хотела обманывать родителей, но рассказывать о прогулке в лес тоже не хотела. Не сейчас. Хотелось спокойно сесть за стол и рассказать все, не упуская ни единой детали, а здесь, в такой суете и шуме, они вряд ли смогут понять рвение души своей дочери в то опасное и нечистое место.

– Прошу меня простить, – вступился Владимир, приобняв Мирославу за плечи.

 – Я встретил вашу дочь на площади до вашего прихода и предложил прогуляться до реки. Простите мне эту дерзость, нужно было предупредить вас.

Щеки Мирославы неожиданно покрылись румянцем. Она облегченно, но незаметно выдохнула и расслабилась, чувствуя, как тепло от руки Владимира растекается от плеча по руке. Он никогда не позволял себе таких жестов, поэтому удивилась не только Мира, но и все девушки, наблюдавшие со стороны. Заметив на себе многочисленные взгляды, рыжеволосая подняла голову, чтобы взглянуть на Владимира, но у него не дрогнула из-за лжи ни одна жила на лице.

Его взгляд был прямой и уверенный, внушающий не только доверие, но и уважение.

Родители переглянулись, и в одно мгновение их лица смягчились, появилась добрая улыбка. Святослав обнял одной рукой жену, прижав к себе, и одобрительно кивнул юноше.

– Не извиняйся. Дело молодое, гуляйте.

Затем отец Миры, взяв за руку жену, отошел в сторону.