Последний император Ойкумены

Английский канал прошли без задержки – Пан Козлевич оказался таким авторитетным, что на этом самом загруженном участке морских путей, где даже рыбы часами стоят в «пробках», галере была устроена «зелёная волна» – её с обеих бортов сопровождали дельфины и кашалоты, осёдланные сиренами с украшенными сияющими синими и красными самоцветами венцами на головах. Не успевших убраться с дороги кораблей, лодок и паромов без всяких разговоров отбрасывали в сторону ударами хвостов. Достигнув чистой воды, эскорт рассеялся в тёмно-серых водах Северного моря, салютовав на прощанье фонтанами воды и задними сальто.

Туманное и навевающее тоску Северное море всё же немного развлекло экипаж обитателей Южной Европы, продемонстрировав чудесный экземпляр айсберга.

Произошло это ранним утром, когда редкое в этих широтах солнце едва обозначилось за горизонтом первым розоватым лучом. Дружинник, стоявший у кормила, услышал из каюты капитана тревожное блеяние и пристально вгляделся в морскую даль. Через пару секунд рядом с ним возник Арнольд с головой Пана в руках, издававшей эти животные звуки и мигавшей всеми своими встроенными световыми приборами.

– Смотри внимательней, Аркадий! Козлевич ещё никогда напрасно не тревожился!

Оба начали буравить взглядами утреннюю полумглу и одновременно ойкнули: в двух сотнях локтей прямо впереди по курсу показалась стена! Она простиралась вверх и в обе стороны от галеры так далеко, что казалось, кто-то решил поиграть в морской бой, а их кораблём обозначил одну из ста клеток своего поля.

Арнольд тут же засвистал в боцманскую дудку, объявляя тревогу, и вместе с Аркадием бросился опускать парус. Примчавшаяся команда схватила вёсла и врубила задний ход, остановив галеру почти у самого подножия стены. Все с тревогой посмотрели наверх.

– Мы что, до Срединной Империи доплыли? – спросил дружинник Артемий (Арнольд недолго думал, кого взять с собой в плавание, выбрав десяток дружинников сверху по списку). – Это их Великая Стена?

Опытные воины мгновенно прореагировали на его слова, закрыв сверху щитами себя и любимого короля.

И вовремя: «черепаха» задрожала от многочисленных ударов. Однако на щиты обрушились не горящая смола и камни, а продукты жизнедеятельности чаек, олушей и других «базарных» птиц, таким естественным путём защищавших свои гнёзда. Сначала птички шумно обрадовались своей меткости, но, увидев безрезультатность бомбардировки сдвинутых щитов, разочарованно отвернулись и застыли на яйцах.