Последний император Ойкумены

Возле алькова в алебастровых бассейнах мягко шептались фонтаны с прохладной и тёплой водой, красным и белым вином и «Буратино» для Леопольдика.

За виноградными листьями, перевитыми в виде готических букв «М» и «Ж», угадывались комнаты отдохновения. Нефритовые низкие столики были красиво завалены папирусами модного военного и сказочного содержания. На северной стене в полумраке висела чёрная с золотом рама, внутри которой была яркая многоцветная картинка, непонятным образом всё время меняющаяся под приятную музыку и пение невидимого хора.

Увидев это, Арнольд поклялся себе устроить в Аквилее такое же великолепие, ну, может быть, чуть попроще, без белого вина.

Через час гостей после ознакомления их с резиденцией пригласили на скромный ужин, составленный в основном из местных блюд, доселе не знакомых не только супруге, но даже и самому бывалому Арнольду.

Пока скромный, но весёлый ужин продолжался и продолжался, чайка Посейдон летел над островом по направлению к столице, и конца пути не было видно – недаром философ Платон намекал, что Атлантида побольше Африки будет.

– Чудеса! – снова прокрякал чайка-бог и опять устыдился. Он по-настоящему начал терять бесконечное терпение и луч, испускаемый игрушечной килькой, когда на горизонте уже в лучах луны показались золочёные крыши и купола города Золотых Врат.

«Видно, не только калитка у них золочёная!» – пробормотал себе под клюв Главный Моряк, который давненько не бывал в Атлантиде и не видал великолепия современной столицы.

Подлетев к городу, он снизил скорость и сразу понял, в каком месте принимают рыбий сигнал.

Это было неприметное здание из серого мрамора, крышу которого украшал десяток странных, похожих на гигантские морские швабры предметов.

– Антенны! – произнёс вполкряка Посейдон незнакомое слово, которое, вероятно, прилетело из воспоминаний о будущем.

Мягко опустившись на украшенный резьбой подоконник, замаскированный гроза морей заглянул инфракрасным взором в окно, заодно подключив излучение, которое через сотни лет откроет Вильгельм Рентген.

Через две стены он обнаружил комнату, уставленную металлическими ящиками, набитую какими-то шлангами, верёвками и людьми верхом на вращающихся седалищах.