Адреналин соблазна

Стуча тонкими шпильками по брусчатке, стараясь не попасть ими в проеме между плитки, за что она ругала внутренне мэра города, Майя спускалась по дорожке вниз. Проулок, по которому она медленно шла с другими людьми, оказался достаточно узким: тут не было дороги для машины, лишь небольшая пешеходная тропа, которая по всей видимости предназначалась для парочек, которые хотят уединиться. Майя увидела вывеску на каменной стене: “место для курения” и знак указывающий, что нужно обогнуть стену и оказаться там, куда по всей видимости, ушел ее муж и подруга.

Не дойдя до угла здания, она услышала знакомые голоса. Там явно стоял ее муж Саша и лучшая подруга Настя. Вот только… Их голоса были тихими. Майя подумала, что будет весело их напугать, поэтому, перейдя на цыпочки, она медленно, опираясь руками на стену, решила подойти ближе. Но слова, сошедшие с уст ее лучшей подруги заставили замереть, не доходя до угла.

– Ты ей еще не сказал про ребенка?

Майя облокотилась руками на стену, внимательно слушая их разговор.

– Нет, сладкая, я еще не успел, – голос мужа пронзил острой болью сердце Майи. Следом послышался тихий поцелуй. – Хотел сегодня ей сообщить.

– Просто скоро будет виден живот, – добавляет Настя так радостно, что у Майи сжимается сердце вновь. – И нас станет сколько на один человек больше!

– Да, – восклицает Саша.

Майе стало плохо. Она прожила с Сашей три года, и за это время, он ни разу не говорил ей о намерении завести детей. Ни разу не говорил, что хотел бы вывести уровень из отношений на новый уровень. Головокружение, тошнота и острая боль охватила Майю. Она не решилась сделать шаг, выйти навстречу этим предателям, чтобы узнать подробности их плана. Ей противна одна мысль о том, что придется выслушивать оправдания, или того хуже, голую правду, к которой кажется, она еще не готова.

– Да, зайка, – голос Насти стал отдаленным, как и все мечты Майи о счастливой семейной жизни.

Девушка поджала губы и медленно стала отстраняться от них, в ту сторону, из которой она пришла. Подступающие слезы ранили душу. ВОзвращаться обратно к ребятам – ей тоже не хотелось. Единственное, что она сейчас хотела – это скрыться с глаз долой туда, где ее никто не знает. Где лишь есть алкоголь и громкая музыка.