Выбор

Мальчик рассказал то, что до этого говорил отцу и старейшине. Объяснил, что по-другому узнать Правду не получится, а он должен это узнать.

– Лёш, я правильно поняла? Это та самая «Молодая гвардия», членов которой немцы запытали до смерти в войну, а потом скинули в шахту?

– Да, – он кивнул, предвидя, что она сейчас скажет и сразу отвечая на ещё не высказанные слова, – Катюша, это его право и его Выбор. Я не могу и не стану запрещать. Конечно, я боюсь за него. Боюсь того, что он там увидит, но он имеет на это право.

– Алексей, он же ещё ребёнок. Какое право и какой выбор? О чём ты? Ему двенадцать лет. Решать тебе, не ему, – теща вставила своё слово в разговор.

– Нет, – он протянул руку и положил её на плечо сына, не давая ему ответить бабушке Веры, – Простите, Елизавета Андреевна, но если мой сын способен просить ТАКОЙ Правды, причём после того, как несколько человек сказали ему, что это возможно только одним способом, то он уже далеко не ребёнок.

Этими словами он пресёк все дальнейшие возражения.

– Ты молодец, малыш, – шепнул Серафим, прощаясь на ночь. Он обнял мальчика, поцеловал его в русую макушку, и все разошлись по своим комнатам.

Серафим, приемный отец Любомира, а значит ему приёмный дедушка, был единственным, кому можно было так называть Светозара.

В спальне, когда они остались одни, разговор продолжился.

– Лёш, а это очень опасно? – в том, что путешествие в Поле Силы опасно Катя не сомневалась, просто пыталась понять, насколько.

– Ну, ты права, это опасно. В Поле нельзя задерживаться дольше пятнадцати минут, но мы пойдём туда не одни. Нас поведёт Светослав и с нами будут самые сильные ведьмы рода, – он натянул на вторую ногу жены теплый носок и помог ей улечься.

– А что будет, если пропустить эти пятнадцать минут? Скажем, если задержаться на шестнадцать?

– В принципе, ничего серьёзного, – он сел рядом с ней на постель, взял за руку, – Просто Поле живое существо, оно любит Силу в любом её проявлении.

– Понятно… – большие голубые глаза, ставшие казалось ещё больше, смотрели на него с тревогой.

– Не бойся, – он поцеловал жену в губы, – Мы же будем не одни, – улыбнулся, пытаясь погасить её тревогу, – Просто это будет довольно долго.