Чужое сознание

Случай уникальный. Только что привезли. Ночью лично выезжал на место происшествия. Что скажете. Идеи? Предположения? – профессор Аристарх Аристархович широким жестом пригласил только что прибывших молодых научных сотрудников присоединиться к изучению останков.

– Анализируем, – ответил Владик, подходя ближе. – Ну и видок у него. На него что, опрокинулась и загорелась цистерна с бензином?

– Почти. Выскочил под колеса микроавтобуса, перевозившего взрывчатые вещества. Странно, что его не разорвало на части.

– Значит, ударной волной отшвырнуло от эпицентра взрыва. Вот и уцелел. Если так можно сказать, – предположил Владик, все более заинтересовываясь лежащими на столе останками. Что-то в них было не так. В нем сразу проснулся дотошный ученый. – Господи! – воскликнул Владик. – У него нет глаз! А рот? – он наклонился, присмотрелся. – Что? Рта тоже нет? Залило расплавленным веществом? – Владик продолжал осматривать труп, ощущая, как его охватывает непонятное волнение. Похоже, в их обыденной жизни появилось что-то необычное и непонятное.

– Посмотрите на конечности, – довольным тоном посоветовал профессор. – Ничего не удивляет?

Владик нахмурился. На одной конечности он насчитал четыре тонких, длинных пальца. На другой только один палец.

– Не вижу ничего странного, – ответил он, не понимая, на что намекает профессор. – Подумаешь, не хватает пальцев. Оторвало взрывом.

– Владислав, не торопитесь с выводами. Осмотрите конечности, – терпеливо посоветовал профессор Семенов.

Владик надел перчатки, вооружился пинцетом и защитными очками. Приподнял за единственный палец левую кисть, внимательно осмотрел, поворачивая ее медленно перед глазами. Опустил. Взял вторую за первый, самый уцелевший палец. Следов повреждения, порванных связок он не обнаружил. Получалось, что человек был от рождения беспалым, или в глубоком детстве потерял почти все пальцы на одной руке, и один на второй. Глаза могли выгореть, а глазные впадины могли быть заполнены расплавленным веществом.

Все это он и высказал профессору, закончив предварительный осмотр.

Профессор, соглашаясь, кивал головой. Владислав был его лучшим учеником, чем профессор открыто гордился.