Страна чудес

 – Он развел руки в стороны. – Холод никуда не денется. Снег не растает.

У Шоу хорошо получалось вызывать улыбку на лице Элеанор Куин. Это одна из тех вещей, которые Орла всегда в нем любила. Пусть его время от времени и заносили собственные стремительные идеи.

Он скрылся за деревьями, напоследок пообещав рассказать самое интересное, что найдет или услышит. Темные стволы, стоящие рядами, выделялись на фоне снега, словно тысячи дверных проемов из другого мира. В ветвях шумел ветер, и Орла понадеялась, что деревья не станут сплетничать о ней и ее глупых урбанистических привычках.

Ну а Шоу выглядел так, будто знает, что делает.

Орла вернулась к детям и, несмотря на первоначальные намерения, встала на колени и помогла им слепить снежный ком.

– Это может стать спиной дракона, – сказала она.

– И у него должен быть очень длинный хвост, – добавила Элеанор Куин.

– И он должен дышать огнем! – поддакнул Тайко.

– Без огня, не то снег растает.

– А, точно. – Удивительно, но Тайко не обижался, когда его поправляла сестра, – просто смеялся, осознав свою глупую ошибку.

Они болтали обо всем, что нужно их дракону: чешуе, зубах, хребте и крыльях. Орла надвинула шапку на лоб, щурясь и радуясь солнцу. На ветке соседнего дерева она заметила птичку-кардинала, идеального, как на открытке: ее ярко-красное оперение выделялось на фоне снежного пейзажа.

В какой-то момент спина дракона стала служить им стеной, и Тайко забрал себе одну ее сторону, а Элеанор Куин – другую.

Они перекидывались наспех слепленными снежками. Орла решила зайти в дом: у нее промокли штаны, и даже дети потеряли интерес к заданию слепить аккуратную скульптуру.

– Я буду в гостиной, хорошо? Распакую книги.

Они крикнули: «Хорошо!», даже не повернувшись в ее сторону. Орла сняла перчатку и быстро сделала фотографию, чтобы отправить родителям, показать, как хорошо идут дела у детей.

Подойдя к двери, Орла остановилась: раньше она никогда не оставляла их во дворе одних. Впервые она оценила безопасность этого места: никто не мог подъехать и схватить ее ребенка, пока она не смотрит.

Ей не нужно было беспокоиться о том, что они упадут на бетон или поранятся о битое стекло. И никакие задиры не будут толкать их во время игры.

Она зашла и сняла сапоги, стряхнула снег с джинсов. Они прилипли к ногам, холодные, и все, чего ей хотелось, это залезть в мягкие и теплые пижамные штаны. Она сбросила куртку на коробку и поспешила наверх переодеться.