Пленники горы

Если хочешь знать моё мнение, то, по-моему, вы всем, а главное – самим себе, доказали, что продолжать её стоит.

Муса потрепал волосы сына и встал.

– Но помни: настоящая мужская дружба – ноша не для каждого.

Заур посмотрел отцу в глаза и молча кивнул головой. Муса встал, чтобы уйти, но, передумав, вновь сел.

– Я хочу спросить тебя об одной вещи, сын, – сказал он.

– Какой?

– Ваш поход в горы… Чья это была затея?

Заур опустил голову. Муса терпеливо ждал. Наконец, Заур посмотрел на отца. Взгляд у него был дерзкий.

– Моя, – сказал он.

Муса улыбнулся и похлопал сына по плечу: – Твоя, так твоя. Вставай. Пошли ужинать.

– Как же быстро он стал мужчиной, – подумал Муса.

VIII

Начальник районной милиции Фахраддин Мамедбейли пришёл в управление в семь утра, на час раньше обычного. Ему предстояло решить пару важных вопросов. Прошло двое суток, как обнаружились Эмин с Зауром, и менее суток с момента задержания браконьеров. Через два, максимум три дня он должен переправить задержанных в столицу, и тогда вопросы останутся нерешёнными.

Он был в ярости. Никогда в жизни он не испытывал это чувство так глубоко, как в последние два дня. Его единственному сыну грозила смертельная опасность, и только милость Всевышнего спасла его от верной гибели. Конечно, бездельник сам виноват в том, что позволил втянуть себя в столь отвратительную историю. Конечно, он не умеет выбирать друзей и водится с шалопаями вроде Заура. Но всё это не может быть оправданием действиям негодяя.

Он молча кивнул отдавшему ему честь дежурному и поднялся к себе в кабинет. С тоской посмотрел на кипу документов, накопившихся за последние два дня, тяжело вздохнул и принялся их просматривать. Через пять минут он отшвырнул их в сторону и нажал кнопку селектора.

– Слушаю, товарищ полковник, – раздался голос дежурного.

– Как прошла смена, Ильгар?

– Более-менее спокойно, товарищ полковник. Если не считать задержанного вчера недоумка. Всю ночь буянил.

Дежурный, конечно же, имел в виду вожака браконьерской группы Сардара Мамишева.

– И что же он хотел? Водки?

– Нет. Врача.

– Неужели он так плох?

– Право, не знаю. Говорит, что всё тело болит и дышать не может.