Строгий репетитор

– Что, пан не желает в долговую тюрьму?

Весеннее солнце бьет в окна, и пшеничные волосы пани Сольски, собранные на затылке в пучок, горят в его лучах. У хозяйки тонкие изогнутые брови. Мочки её ушей растягивают тяжелые серьги из темного металла с зеленоватым камнем.

– Клянусь, я все вам верну, только не давайте делу ход, – умоляет Марек.

Ядвига Солька смотрит на Марека сквозь дымок тлеющей сигареты и словно раздумывает о чем-то.

– Пока дело не пошло по инстанциям, можно уладить конфликт миром, – замечает пан Скородуб.

 – Разумеется, если обе стороны придут к согласию.

Он отодвигает стул и поднимается из-за стола.

– Пани Солька, пожалуйста, давайте не будем доводить дела до суда! – просит Марек, ему становится страшно, в голове крутятся бессвязанные обрывки мыслей.

Ядвига Солька недобро усмехается.

– Что же, если пан Дембицкий не желает попасть в долговую тюрьму, мы можем придти к соглашению, – говорит она своим низким хрипловатым голосом. – По мне, вы просто безответственный избалованный мальчишка, которому все сходило с рук.

И с этого самого дня я стану поступать с вами, как с мальчишкой. Пожалуй, сперва я задам вам хорошую выволочку, на которую вы давно напрашивались.

Опустив руки в карманы халата, Ядвига Сольски медленно проходит по кухне, не спуская с Марека пристально взгляда своих холодных зеленоватых глаз. На губах хозяйки змеится тонкая улыбка.

– И кроме прочего, пан Дембицкий, вы станете убирать мою квартиру, раз уже не платите за жилье. Будете мыть полы и вытирать с мебели пыль.

Выколачивать ковры и драить посуду на кухне. Обещаю, я буду к вам придираться из-за каждого пустяка! Чистота у меня в квартире должна быть просто идеальная!

– Да, пани Сольски, как скажите, пани Сольски, – кивает Марек, словно китайский болванчик.

– Что ж, я рад, что удалось все решить миром, – замечает на это пан Скородуб. – Дрожайшая Ядвига, моё почтение! А ваше заявление пускай пока полежит у меня. Если молодой человек все же не рассчитается с долгом, мы дадим делу ход.

– Я вас провожу, пан Скородуб, – говорит хозяйка и следом за чиновником выходит из кухни.

Марек чувствует, что его трясет нервная дрожь. Он подходит к столу, наливает в рюмку сливовицу и выпивает. Кашляет и слезящимися глазами смотрит за окно. Марек слышит, как хлопает входная дверь, и щелкает язычок замка. Оглушительно тикают старые часы с гирями на цепочках, висящие на стене между двух окон. По оцинкованным отливам весело стучит капель.