Перстень царя Соломона

Как ты думаешь, может, зря ты настояла на нашем браке?

– Венечка, ты утрируешь. Ты успокойся, дорогой. Твоя голова должна быть свободна от всех глупых мыслей. Тебе надо быть сильным, обязательно найти убийцу Виктора и наказать его. И, я уверенна, ты сможешь это сделать, хотя бы ради оставшихся сиротами двух маленьких детей, – Надежда положила руки на плечи Венедикта и, приподнявшись на носки, ласково поцеловала его. – А по поводу нашего брака могу тебе сказать, что я ни на мгновение не пожалела о своем решении выйти за тебя замуж.

И пусть мое замужество будет коротким, умирая, я буду благодарить тебя за доставленные мне мгновения счастья.

– Спасибо, Надя, за поддержку. – Венедикт погладил жену по длинным шелковистым волосам. Он притянул ее к себе и зарылся в ее волосах. – Я обязательно найду убийцу. В лепешку разобьюсь, но найду! – Он отодвинулся и прижался губами к ее щеке, вдыхая аромат ее тела, волос. – А умирать ты не торопись. Мы с тобой еще, надеюсь, поживем.

Ты мне еще должна наследника родить, чтобы не прервалась моя генеалогическая цепочка.

Услышав его слова о наследниках, Надежда прижалась к широкой груди мужа, и замерла в несвоевременной истоме, ощущая его мощное сердцебиение.

– Сейчас я поеду в город, – нарушил Венедикт наступившую идиллию. – Мне нужно встретиться с Верещагиным. После получения от него какой-нибудь дополнительной информации мы и будем думать, что нам делать дальше. А пока разговор на эту тему бессмысленен.

– Я поеду с тобой, поведу машину. Ты сейчас в таком состоянии, что не сможешь ее вести. Еще не хватало, чтобы ты попал в аварию!

– На дворе скоро ночь наступит. Куда ты поедешь, на ночь глядя? Отдыхай, – неуверенно проговорил Венедикт, понимая, что жена права.

– Как ты можешь такое говорить!? Да как тебе даже в голову могли прийти такие мысли!? Ты в таком состоянии поедешь за полторы сотни километров, а я перед сном выпью тепленького молочка, лягу в мягкую кроватку, накроюсь теплым одеяльцем, и спокойно буду спать?! – не на шутку рассвирепела Надежда.

 – Я поеду с тобой, поведу машину. Такого мое решение, и это не подлежит обсуждению. Как у тебя только язык повернулся сказать такое мне!?

– Хорошо, хорошо, дорогая. Иди, собирайся, – смутившись, согласился Венедикт, не выдержав напора жены.

2

Верещагин сидел за столом и мрачно изучал документы, лежащие перед ним, когда в кабинет вошли Венедикт и Надежда.