Никому тебя не отдам

Полумрак и гремевшая тут музыка позволили Маршалу приблизиться незамеченным к высокому блондину с торчавшими в разные стороны волосами. Тот что-то увлеченно объяснял коротко стриженному брюнету в очках с черной оправой, развалившемуся на одном из диванов. На этом же брюнете в это время сидела какая-то девчонка, на которую, собственно, никто не обращал внимания.

– Салют, девочки, – Глеб хлопнул по спине блондина, обращая внимание парней на себя.

– О, Маршал! – радостно завопил светловолосый, дружески обнимая пришедшего.

– Миш, не души, – засмеялся Глеб, здороваясь рукопожатием с парнем на диване.

– Какие мы нежные, – усмехнулся блондин, но от Маршала отстал.

А тот тем временем взглянул на брюнета в очках.

– Ну что, Стас? – поинтересовался Глеб.

– Все в ажуре, – криво усмехнувшись, парень скинул с себя девчонку, возмущенно пискнувшую, и поднялся. – Идем.

Глеб и Стас миновали диваны и ушли вглубь ангара. Туда, куда свет уже не доставал. Пройдя несколько метров вдоль стены, Стас остановился рядом с дверью, которую, если о ней не знаешь, то в жизни не найдешь, и легонько толкнул.

Парни спускались по лестнице, освещенной тусклой лампочкой откуда-то снизу. Музыка и шум из ангара уже не мешали им спокойно говорить, не напрягая связки.

– Так ты расскажешь, чем эта малышка провинилась? – заговорил Стас, взглянув на спину друга. Лестница была слишком узкой, чтобы они могли спускаться вместе.

– Не думаю, – коротко ответил Глеб. – Но ты и без этого должен понимать, что я просто так ничего не делаю.

Стас засмеялся:

– Да я даже не представляю, что нужно сделать, чтобы ты вообще пошел на такое.

– Вот и славно, – бросил через плечо Маршал. – Кстати, пионеры твои где?

– Да с ней, там, внизу, – Стас закурил. – Не пускать же их к нам наверх. Всех ребят перепугают.

– Я надеюсь, они ее не трогали? – Глеб повернул голову, серьезно взглянув на друга.

– Обижаешь, – скривился тот.

– Хорошо.

Парни вышли в небольшое помещение подвального типа. Примерно пять на пять метров. В центре его сидела на полу связанная по рукам и ногам черноволосая девушка, временами она всхлипывала. Глаза ее тоже были завязаны. Естественно, она не знала, что это для ее блага. Просто если бы она видела дорогу сюда, то вряд ли бы ее оставили в живых.

Глеб осмотрелся. Пионеры, как он называл «шестерок» Стаса, были здесь.